Йорген Орстрем Меллер: Греция больше не является для Запада незаменимым союзником

«Для РФ греческий кризис — счастливая возможность рассчитаться за свои «страдания» в Восточной Европе, Украине и Грузии», — пишет старший научный сотрудник Института исследований Юго-Восточной Азии в Сингапуре Йорген Орстрем Меллер в своей колонке для Huffington Post.

Об этом изданию «ГОРДОН» сообщил командир батальона «Донбасс», Семен Семенченко и журналист и главный редактор портала «Цензор.НЕТ» Юрий Бутусов, передает 24Daily.net.

Семен СЕМЕНЧЕНКО
Командир батальона «Донбасс», народный депутат от партии «Самопоміч».

Питер Балаш. Фото: wto.in.ua

Люди должны понимать, что тот, кто крадет, будет наказан, заявил эксперт

Руководитель Группы поддержки Украины Европейской комиссии Питер Балаш считает, что в Украине необходимо усилить ответственность за коррупцию.

Об этом он сказал на V Национальном Экспертном Форуме «Украина. Стресс-тест». Панель – «Экономика военного времени», пишет «Сегодня», передают 24Daily.net.

«Коррупция в Украине основана на безнаказанности. Если люди могут красть государственные деньги, моральных критериев не хватит, чтобы заставить их остановиться. Должны быть для них серьезные последствия», – сказал он.

Балаш отметил, что принятие закона о противодействии коррупции очень важно, но нужно также и обеспечить его выполнение – обеспечить нормальное функционирование Антикоррупционного бюро.

«Как только появятся результаты – появится и поддержка населения. Люди должны понять, что тот, кто крадет, будет наказан. Это же должно повысить доверие к Украине со стороны иностранных друзей», – подчеркнул он.

Политик также отметил, что нужно делать шаги по борьбе с коррупцией в энергостекторе и нужно реформировать электроэнергетику, «даже если это связано с болезненными вопросами повышения тарифов, ведь речь должна идти не только о производстве, но и о потреблении».

Как сообщалось, Верховная Рада приняла закон »О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно обеспечения деятельности Национального антикоррупционного бюро и Национального агентства по вопросам предотвращения коррупции» (№ 1660-д). «За» проголосовали 247 народных депутатов. Документ принят во втором чтении и в целом.

Согласно внесенным правкам, назначать главу Антикоррупционного бюро будет президент, однако решение об отставки главы АКБ может принимать, как глава государства, так и парламент.

Гарри Каспаров
Обозреватель/ЕРА

Российский оппозиционный политик, литератор и чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров в эксклюзивном интервью поделился с «Обозревателем» своим видением, как президент России попытается выйти из патовой ситуации, что думают европейские и американские политики, а также есть ли шанс в ближайшее время остановить войну на Донбассе.

«Вооруженная интервенция в Грузию – лишь первый шаг и следующим будут анклавы в Украине». Гарри Каспаров, The Wall Street Journal, август 2008 г.

- В свое время, после оккупации части Грузии, Вы предсказали начало военной агрессии против Украины. Сегодня у Вас есть ощущение того, что Кремль планирует дальше?

- У меня нет таланта Нострадамуса, я пытаюсь анализировать факты. В 2008-м я говорил о вероятном развитии событий. Предсказание, что Украина будет следующей после Грузии страной для совершения интервенции — мне казалось логично вытекающим из изменения внешнеполитического курса РФ.

Медведевское президентство являлось очередным шагом по установлению путинской диктатуры. Из истории я знал, что рано или поздно диктатору потребуются гораздо более серьезные меры воздействия на население, чем какие-то мифологические пропагандистские инструменты, потребуются более серьезные результаты.

Уже тогда я понимал, что внешняя агрессия в какой-то момент станет путинской козырной картой. В этом плане было понятно, что самым лакомым куском для путинской пропаганды будет, конечно, Украина.

- А как Путин планирует выходить из сложившейся, скажем честно, патовой для него ситуации?      

- Не нужно допускать ошибку, рассматривая путинскую ситуацию со своей точки зрения, образно выражаясь. У нас и у него сетчатка глаз по-разному устроена.

Путин не думает о том, как он будет из этой ситуации выходить в долгосрочной перспективе.  Сегодняшняя повестка дня российского президента – это удержание власти.  Всё, что сегодня  позволит удержать власть, — это хорошо;  строить планы на 10 лет ему недосуг. Его доктрина — решать проблемы немедленно.   

«Немедленные проблемы» требуют дополнительной дозы пропагандистских наркотиков, и эта «доза» формируется именно внешним проявлением кремлевской политики.

Трудно дать прогноз, как это всё закончится. Но в одном я совершенно уверен: пока Путин в Кремле, война против Украины будет продолжаться. Открытая, гибридная, со взрывами, с танками, которые переходят границу… То есть, формат этой войны будет определяться пониманием Путина, что ему нужно на данный момент.

- В Кремле он, по Вашему мнению, надолго?

- Единственная хорошая новость, что этого никто не знает, включая его самого.

Слишком уж много факторов указывают на то, что режим находится в стадии агонии, но агония эта может быть страшной. Понятно, что Путин давно уже прошел свой пик, режим находится на издыхании, и даже внешний вид российского президента свидетельствует о проблемах со здоровьем. Но это не означает, что ротация власти будет легкой. Агония может быть кровавой.

По состоянию на сегодня очевидно, что агрессия против бывших союзных республик остается сейчас главным пропагандистским блюдом в меню, Путин не признает Украину состоявшимся государством, и об этом он откровенно говорит. А если он делает какую-то паузу в своей антиукраинской кампании, то лишь потому, что ему кажется — есть шанс сбить волну санкций.

Все равно — это маневр, это никоим образом не политика, направленная на мир. Задача Путина — разрушать украинскую государственность.

- Один из Ваших тезисов – «купить мир невозможно». В 1939 году Великобритания и ее союзники не желали узреть реальных планов Гитлера. Что до сих пор не поняли лидеры европейских стран в поведении Путина?

- Мне кажется, процесс непонимания уже заканчивается. Он, безусловно, был. Европейцы все-таки считали, что Путин должен переживать о том, насколько санкции разрушают российскую экономику. Но лишь спустя какое-то время они поняли, что у Кремля другая система координат.

Европейские политики мыслят как лидеры демократических государств, у них регулярно проходят выборы, они думают о том, что им скажет избиратель. У Путина принципиально другая шкала ценностей.  

Сейчас проблема  уже не столько в понимании путинской доктрины, думаю, все всё поняли. Проблема в том, что с ним делать? Когда признаешь, что ситуация достигла такого-то градуса кипения, то надо что-то делать. А делать что-то европейские лидеры, как и американские, особо не хотят, потому что это нарушение статус-кво. Ведь избиратель в Европе и Америке сейчас не хочет геополитических конфликтов.

Как сообщал «Обозреватель», Гарри Каспаров с 26 марта находится в Украине с визитом для презентации своей новой книги «Торговля страхом», вышедшей в киевском издательстве при поддержке международного фонда украинцев за рубежом «Диаспора».

Автор: Орест Сохар, «Обозреватель»

От борьбы с суверенитетом других народов Кремль перешел к привычному занятию — «собиранию земель».

Российские руководители любят говорить о бывших советских республиках как о несостоявшихся государствах, подразумевая под этим неспособность Украины или Грузии сформировать что-то «настоящее». Но является ли государством сама Российская Федерация?

Стоит напомнить, что исторически РСФСР — именно так называлась территория, провозгласившая свой суверенитет в 1991 году — всего лишь часть огромной Российской империи, а затем демократической России, уничтоженной большевиками. По большому счету, РСФСР стали называть территорию, на которой состоялась большевистская диктатура. В то же время окраины бывшей империи — Польша, Финляндия, Украина, Беларусь, Латвия, Литва, Эстония, Грузия, Армения, Азербайджан и другие — отказались признавать власть Ленина и заявили о своей независимости. Поэтому первая и главная функция РСФСР была — агрессия против свободных народов бывшей империи. Польша и Финляндия смогли дать большевикам отпор, Украина и Беларусь были завоеваны почти сразу, страны Закавказья боролись еще в 20-е годы, страны Балтии продержались до 1940 года… Новая империя была воссоздана уже в 1922 году под названием «Советского Союза». В этой империи РСФСР — в отличие от других союзных республик — так и не стала государством, оставаясь территорией перманентной агрессии. Даже атрибуты государственности, которыми обладали другие союзные республики, у РСФСР были не все. Вернее, не было самого главного атрибута — своей Коммунистической партии. КП РСФСР появится только в годы горбачевской перестройки, а до этого времени «первой республикой» будут управлять непосредственно из ЦК КПСС. И это не был вопрос неуважения — это был вопрос предназначения РСФСР как гигантской военной базы, призванной объединять покоренные коммунистами территории большой страны.

Шанс стать настоящим государством у РСФСР появился совершенно случайно — благодаря аппаратному противостоянию Михаила Горбачева и Бориса Ельцина и жесткой борьбе между ЦК КПСС и КГБ СССР — в этой борьбе чекисты сделали ставку на Российскую Федерацию. После провала августовского путча 1991 года РСФСР понемногу превращается в настоящее государство — и происходит это в первую очередь благодаря отказу россиян от роли угнетателей других народов. Начинается государственное строительство — первый такой опыт в истории русского народа. Опыт, прямо скажем, не очень удачный. От борьбы против суверенитета других народов Российской Федерации Кремль переходит к своему привычному занятию — «собиранию земель». Союзное государство с Беларусью, Евразийское экономическое сообщество, Евразийский экономический союз, оккупация Абхазии и Южной Осетии, оккупация Крыма, открытая агрессия против Украины. Российская Федерация, как и все десятилетия своего существования — больше не страна, а территория агрессии. Оказалось, что никакой позитивной программы государственного строительства нет ни у российской власти, ни у русского народа. И именно поэтому нужно с сожалением признать Российскую Федерацию несостоявшимся государством…

Автор: Виталий Портников, Главред

В авральном порядке, пишет на своей страничке в Фейсбук военный корреспондент, телеканал 1+1 Андрей Цаплиенко, передает 24daily.net.

Его глаза мне казались ироничными. Но сейчас, когда он надел балаклаву, скрывшую лицо и оставившую только глаза, я вижу в них злость и усталость. Усталость от бесконечного ожидания появления адекватных полководцев. Злость от того, что те, которые есть, знали о слабых местах обороны. И не сделали ровным счетом ничего, чтобы их устранить.

- Сепары, как дурные, ломились в Новогригорьевку, думали, что там наше слабое место. За один день наступления они потеряли пять танков под Новогригорьевкой. И все равно продолжали пробивать нашу оборону с севера. А потом совершенно случайно их ДРГ зашла с другой стороны, с юго-запада, в Логвиново. И они поняли, что наших там нет.

Я говорю с «Зеленым». Такой у моего товарища позывной. Цвет, вселяющий надежду. «Зеленый» уникальный человек. Талантливый офицер. Профессионал. Его группа артиллерийских разведчиков корректировала огонь изношенных орудий по колоннам противника, не давая окончательно превратить Дебальцевский карман в смертельное кольцо.

Я раньше часто приезжал в Дебальцево и видел, как работает группа «Зеленого». Их слаженность и четкость вселяли уверенность, что Дебальцево мы удержим. Осенью, показывая карту «кармана», он говорил: «Теоретически они могут взять Дебальцево, если у них будет раз в семь больше сил, чем у нас. Но, поверь, для этого им нужно стянуть все, что у них есть на других участках фронта, а на это они вряд ли пойдут. Войск у нас здесь очень много. И, кроме того, им нужно заменить местных «гопников» и казаков на регулярные войска».

Так случилось, что невозможное стало возможным. Количество наших войск на плацдарме сократилось. Значительно ухудшилось качество. И противник смог создать необходимый семикратный перевес. А о том, что на той стороне россияне сколачивают регулярную армию, подтягивая наемников и уничтожая местных несогласных казаков, было известно уже в ноябре. Я хорошо помню, как один из офицеров, «Скорпион», докладывал об этом и сообщал, что вожаки группировок, хлебнув для храбрости и взяв гранаты в руки, приходили на наши блокпосты и предлагали вместе «е..нуть по этим русским». Все случилось так, как говорил «Зеленый». И вот, вспоминая свои слова, он тяжело признает: «Не ожидал, что я окажусь прав».

- Понимаешь, там, с юго-западной стороны от Коммуны и до Луганского практически не было войск. Можешь представить? На почти двадцать километров чистого поля всего три наблюдателя. Больше никого наших. Они просто не могли поверить, что это так. А когда зашли туда, то поняли «О, повезло». И начали закрепляться в селе. Подтягивать ротно-тактическую группу и формировать опорный пункт.

«Скажи мне, а возможно ли было их оттуда выбить?» — спрашиваю. Ведь всего одна ошибка в военном планировании, и, наверное, ее можно было бы исправить.

А «Зеленый» говорит, что ошибки нужно не исправлять, а избегать.

Оказывается, накануне военной катастрофы он примчался в штаб сектора «С» и разбудил командующего сектором полковника Тарана. Было три ночи. Разведчик обрисовал полковнику ситуацию и сказал, что если немедленно не решить вопрос Логвинова и Калиновки, то мышеловка захлопнется. И в ней окажется вся украинская группировка в Дебальцево. К слову, Таран быстро понял суть ночного доклада и пообещал, что тут же будет звонить НГШ, Виктору Муженко.

«Позвонил?» — спрашиваю «Зеленого». «Не знаю, — пожимает плечами артразведчик, — не видел. Но, думаю, что да. Я видел его карту. У него, кстати, были отмечены и Калиновка, и Логвиново, то есть, степень риска он и до этого понимал».

Но события развивались так, словно не было никакого звонка. А, может быть, этот звонок просто ничего уже не решал.

Рано утром девятого февраля российский Т-72 обстрелял машину с офицерами 128-й горнопехотной бригады. Выехал в районе автобусной остановки с надписью «Логвинове» и открыл огонь. Замполит бригады получил тяжелые ранения. Казалось бы, все это вместе с докладом «Зеленого» должно было заставить штаб сектора принять быстрое решение. Но еще почти сутки после этого никаких активных действий со стороны украинских войск не наблюдалось.

Через сутки возле Луганского мы наткнулись на три грузовика с бойцами «Донбасса». Оказалось, они из Логвинова. Зашли при поддержке двух танков. И танки эти были сожжены боевиками. Судя по тому, что рассказали участники неудачной операции, их отправили на зачистку. Хотя сутки спустя, когда рашисты подтянули силы, нужна была не зачистка, а штурм. Даже из такого небольшого села, как Логвиново — тридцать дворов, не больше — выбить слаженную группу с помощью «полицейской» зачистки невозможно. Достаточно вспомнить, сколько времени держалась первая рота, «тараканы», из 25-го батальона в Редкодубе. Это наш военный опыт. И не стоит надеяться, что опыт противника уступает нашему, во всяком случае, в районе Дебальцево.

Грузовики с «Донбассом» стояли не очень долго. Подъехал офицер и, не выходя из своего «УАЗика», скомандовал машинам ехать на Артемовск. И снова потянулось время бездействия, каждая минута, каждая секунда которого, как оказалось, стоила жизни бойцам в котле, крышка над которым почти закрылась.

- «Зеленый», скажи, пожалуйста, а операция по выводу воинов из Дебальцево была спланированной?

Он подумал и сказал: «Ну, конечно, спланированной. Другое дело, что планированием операции занимались не те люди, которым это поручила Родина. Планированием операции занимались офицеры среднего звена. Высшим командиром был комбриг 128-й бригады. То, что Дебальцево держалось две недели, было не благодаря, а вопреки действиям Генерального Штаба. Штаб сектора играл лишь одну роль: был приоритетной целью для артиллерии противника. В управлении войсками он не принимал участия никакого. Хорошо хоть, что не мешал командирам это делать».

В эту группу офицеров входил и он. Я уже знал и о многих десятках погибших при выходе бойцов и о том, что с «Поляны», из расположения 128-й бригады, люди уходили по трупам своих товарищей. Перед тем, как встретиться с «Зеленым», в Луганском мы нашли группу бойцов из 128-й бригады, которым пришлось прорываться, оставив по дороге грузовики с «200-ыми». Мне пришлось даже отдать свою аптечку солдатам — у парней не было медикаментов. «Цілий «Урал», ціла машина «двохсотих» там стоять, і їх звідти ніхто не забере, тому що там вже сєпари. Ми попадали вже в кільце», — говорили они, не стесняясь слез, которые оставляли светлые следы на их покрытых копотью боя лицах. — «Там, в «Уралах» лежать «двохсоті» наші хлопці і їх вивезти ніхто не хоче».

Но я хотел понять, что происходило внутри той группы офицеров, которые выводили людей. И кто должен нести ответственность за Дебальцево. Более откровенно, чем «Зеленый», мне об этом вряд ли кто-нибудь другой смог бы рассказать.

Когда стало ясно, что из Дебальцево нужно уходить, но генштаб при этом не дает никаких указаний, командиры бригад и батальонов стали разрабатывать план отступления. В авральном порядке. Ключевым местом сбора была «Поляна». Но к ней еще нужно было незаметно для противника подтянуть людей с разбросанных по периметру Дебальцево позиций. Были определены промежуточные точки сбора. Но делалось это в режиме строжайшей секретности.

Если бы командиры батальонов и дивизионов связывались друг с другом через штаб сектора и генштаб, то операция провалилась бы, и печальный список жертв был бы несоизмеримо длиннее. Так считает «Зеленый»: «Между нами, командирами, должно было быть два штаба. Но, слава Богу, их не было, мы их исключили из схемы, поэтому операция прошла успешно. Мы разработали способы связи, коммуникации, уничтожали резервы, которые собирались отрезать группировки противника. Операция смогла быть успешной, потому что разрабатывалась на горизонтальном уровне, без участия вышестоящих штабов».

Все частоты слушались противником. Все позывные и топонимы были рашистам известны. Но офицеры смогли придумать такую схему связи, которая позволяла держать в секрете перемещения украинцев и вводить противника в заблуждение. Люди «Зеленого» до последнего оставались на своих местах, прикрывая отход колонн. Один из его артразведчиков, Андрей Кравченко, корректировал огонь по колоннам противника с осколком в груди. Он не покидал позицию. Видел, что от него зависят сотни людей, и готов был отдать свою жизнь за других.

О том, что котел будет, говорили после потери Углегорска. Одним из последних в безопасное место вышел «Скорпион», командир позиции в этом районе.

«Мне скрывать нечего, — признался он сразу же после выхода из котла. — Вот представь. Я наблюдал в течение крайней недели шесть колонн противника по десять-двенадцать машин. Танки, БТРы, БМП. Когда я давал точку, чтобы нанести удар по колоннам или разрушить мост, мне говорили: «Мы не можем туда стрелять». Это командование сектора говорило. Так что, то, что мы оказались в окружении, в этом виновато командование сектора, которое не относилось серьезно к нашей информации. Они даже не владели текущей информацией. Например, я «заказываю» артиллерию по определенной точке, а командование сектора говорит, что там стоят наши. А наших там нет уже неделю. То есть, командование сектора не знает, что наши бросили эту позицию неделю назад. В окружении не Порошенко виноват и не Вооруженные силы виноваты. Виновато командование сектора, которое приехало себе звезду заработать.

Пару часов спустя, немного остудив свой гнев боевого командира, который не понимает бездействия штабистов, «Скорпион» берет в руки гитару. Поет. У него хороший голос. И почти мирный репертуар. «Мы еще сюда вернемся», — он подмигивает в паузах между песнями.

Но «Зеленый» так не думает. Его слова оставляют после себя тяжелое молчание, как оставляют следы в пыли берцы отступающих солдат: «Мы нескоро отобьем Дебальцево. Если это вообще в планах. Невозможно, не имея резервов, планировать наступательные операции. Невозможно силами офицеров среднего звена рисовать укрепления на карте, которые более эффективны с точки зрения обороны. И выстраивать между ними коммуникации. Наступательные действия невозможно планировать, не имея эффективных штабов. Генштаб не работает. Поэтому на сегодня Украина не способна вести наступательные действия вообще! Структура, которая в состоянии планировать успешные боевые операции, у нас отсутствует».

Меня как ведром ледяной воды окатили. И у меня вырвался вопрос. Наивный, простой и единственно возможный: «Что же делать тогда, «Зеленый»?».

«Делать?! — едва не взорвался он. — Я скажу, что делать. Надо менять Муженко немедленно, потому что не только он беда, но беда все те, кого он назначает. Абсолютно некомпетентных, непатриотичных, паркетных генералов и полковников, которые сидят в блиндажах, играют в свои карты и делают вид, что они участвуют в боевых действиях. Я всерьез думаю о том, чтобы перейти в добровольческие подразделения. «Правый сектор», «Азов» или какие-нибудь другие. Под руководством этих бездарей из Генштаба воевать не хочу и людей на смерть не поведу».

И мы начинаем говорить о том, кто бы, хотя бы теоретически, мог возглавить Генштаб и сделать успешной его работу. Обсуждаем качества Воробьева и других генералов. Вспоминаем командиров бригад. Ведь есть же среди них те, кто с самого начала на этой войне и имеет опыт успешных операций.

«А, знаешь, — говорит «Зеленый», — парадокс состоит в том, что, когда от военных зависит будущее всей страны, то на ключевые должности нужно ставить не пятидесятилетних, а тридцатилетних. Так было в Израиле в сорок восьмом, так было в Турции за тридцать лет до того. И там, и там все было на грани тяжелейшего поражения. И именно тридцатилетние командиры во главе армий побеждали противника, у которого был многократный перевес. Потому что мыслили нестандартно. Могли отказаться от шаблонов. И полностью игнорировали советы политиков».

Я пожимаю плечами. Не знаю, где же искать таких тридцатилетних. Но пессимист «Зеленый» оказывается оптимистом: «Я их тоже не знаю. Лично. Но это пока. Такие люди у нас есть. На фронте сорок тысяч человек. Достаточно, чтобы найти таланты среди командиров, у которых в подразделениях дисциплина, нет пьянства, небольшие потери, а на счету успешные, может быть, дерзкие операции. Наше спасение не в «Джавелинах», САУ и «Ф-16″, вернее, не только в них. Нам нужны настоящие полководцы. И чем раньше они придут, тем быстрее закончится война».

Я молчу. Сектор «D», Луганский аэропорт, Иловайск, Новоазовск, Донецкий аэропорт, два блокпоста на Бахмутской трассе, теперь Дебальцево. Казалось бы, в этой невеселой топонимике войны уже должно бы появиться имя. Не мессии. Не лидера. А просто командира. Командующего. Полководца.

- «Зеленый», не слишком ли долго мы ждем? Страна ждет?

Но «Зеленый» лишь подмигивает в ответ. В его глазах пропадает злость и усталость, он снова становится ироничным, каким и был до Дебальцевского отступления.

Кстати, артразведчик остался на фронте. Значит, «Зеленый», ты все же ждешь перемен!

Господин Ющенко своими неумелыми, безрассудными действиями уничтожил в Украине вирус фундаментализма. Эта опасность ликвидирована, и аннигиляция радикальной Свободы тому подтверждение. Господин Янукович уничтожил другую потенциальную опасность — становление авторитарной диктатуры.

Сегодня у нас остался единственный путь — цивилизационно-европейский. Нам бы по нему идти, не останавливаясь. А мы топчемся. Не могу не вспомнить здесь ироничный ответ незабвенного [украинского поэта, правозащитника] Ивана Светличного на упрек начальника лагеря Пименова: “Пора вам, Светличный, встать на путь исправления!” Иван, к вящему удовольствию присутствовавших зэков, весело ответил: “Вы не правы, гражданин начальник, я твердо встал на этот путь. Только пока не пошел по нему!”

Сейчас для страны открываются невероятные возможности. Фантастические. Из крови, пролитой на улице Институтской, должны были вырасти яркие цветы разума и свободы. Не выросли. В стране, как оказалось, острая нехватка интеллекта и управленческих навыков. Поэтому пригласили иностранцев. Предполагается, что они лучше понимают, как нам жить далее. Так видят нас те, кто благодаря крови на улицах Грушевского и Институтской резво пришел к власти. Они по определению умненькие, поэтому мы их туда поставили. Однако явно умненькие наполовину, оттого и пригласили в помощь себе зарубежных умельцев. Снова‑таки из моего весьма специфического тюремно-лагерного прошлого: совсем не думали мы тогда, в далекие 70‑е, что у братьев наших из Грузии и Литвы государственной воли и интеллекта больше, чем у Стуса, Светличного, Марченко. Стоп, а может, потому все у нас так безобразно и тоскливо, что не дожили они, мудрые и светлые, до наших демократических времен?

Наш путь в Европу не близок. И очень ухабист. И никакие наши сугубо украинские “ямочные ремонты” здесь не помогут. Так же, как и заклинания и магические пассы многочисленных политических экспертов вкупе с прогнозами экономических предсказателей.

Смею заверить вас: страшен не Путин. Он лишь пользуется нашей слабостью. Страшнее те, кого мы с вами регулярно приводим к власти. Но и они, лихие украинские парни, начинают нас с вами всерьез бояться. Нам бы укрепить, усилить их страх. Сумеем — тогда и мы заживем по‑европейски. Так устроен мир: либо мы боимся их, либо они нас. Третьего не дано.

Автор: Семен Глузман, Новое Время

Можно, конечно, ждать «имплементации минских договоренностей в нормандском формате» (это такой русский язык в исполнении Пескова), но лучше действовать.

Главное, чего боится Путин — это потери власти. Народу война России и Украины точно не нравится. Правда об участии наших солдат в войне, их гибели, несчастных родных, потерявших сыновей и отцов, подорвет доверие к Путину и его режиму.

Поэтому Путин и агитпроп врут, что Россия с Украиной не воюет, а там идет гражданская война. Пропаганда сумела внушить людям эту лживую версию и большинство граждан России в нее верят. Лишь 10% наших соотечественников знают правду — Россия воюет с Украиной, отправляет туда оружие и военных. Вот такое оболванивание.

Наша задача — объяснить людям, что Путин воюет с Украиной и мстит за своего подельника Януковича, свергнутого революцией и европейский выбор Украины.

Аргументы должны быть неопровержимы:

1. Если Путин не воюет с Украиной, зачем к нему приезжали Меркель и Олланд? Могли бы и в Донбасс поехать к Захарченко и Плотницкому. Но почему-то не поехали, знают, где сидит их хозяин.

2. Если Путин не воюет, то почему минские соглашения о перемирии подписал Зурабов — его официальный представитель и посол в Киеве?

3. Если в Донбассе нет наших войск, то почему привлекли за государственную измену многодетную Светлану Давыдову, которая позвонила в украинское посольство и сообщила, что воинская часть из Вязьмы брошена в Донбасс?

4. Если нет наших войск, как в плену у украинцев оказались наши десантники из Костромы?

5. Если нет наших войск, как объяснить похороны и появление могил наших солдат в Пскове, Костроме, Ульяновске, Нижнем Новгороде и других городах?

6. Если нет нашего оружия, то пусть покажут военторги, где торгуют Градами и танками Т-72, 90.

Как только больше 50% наших граждан будут знать, что в Украине гибнут не мифические добровольцы-отпускники, а наши солдаты, война прекратится.

Текст публикуется с разрешения автора

По материалам: Новое время

В студии Тві эксперты дали свою оценку перспективам и опасностям для национальной валюты Украины, пишет Компаньойн, передает 24daily.net.

По словам Бланка, Украине необходимо реформировать свою экономику, политику, власть, и армию. Срочно и одновременно. Это — трудно, и альтернативы нет, если страна хочет сохраниться и победить, информируют Экономические известия, передает 24daily.net.

«Иначе она обречена на войну, которая растянется на поколения. С другой стороны — Россия не в состоянии содержать Крым или «Новороссию». Экономически, политически и в военном плане РФ за пределами своих возможностей», — говорит старший научный сотрудник.

Рано или поздно, разумеется, диалог все равно придется возобновить. Но в ближайшее время нас ждет пауза и перемещение борьбы в пропагандистскую плоскость.

Что касается расследования и выяснения истинных виновников трагедии – увы, на особые успехи в этом деле надеяться не приходится. Об этом свидетельствует то, что до сих пор нет окончательного заключения по трагедии малазийского Боинга: хотя существуют данные, что он был сбит сепаратистами из российского Бука, Россия продолжает это опровергать.  Тот же сценарий будет применяться и в Волновахе: Кремль создаст информационные волны, запустит механизмы дезинформации, требуя расследования на словах, но при этом всеми силами препятствуя ему. Заблокирует любое реальное расследование на той части территории Донбасса, которая подконтрольна сепаратистам. Будет выдвигать бредовые версии, мол, стреляла украинская сторона, либо же обвинять во всем Запад, чтобы максимально запутать ситуацию.

Поэтому официального подтверждения от ОБСЕ или окончательного заключения какой-либо международной комиссии о том, что в трагедии виноваты сепаратисты, я не жду. Косвенные данные о том, что автобус расстреляли боевики, появятся, но это приведет лишь к новым пропагандистским информационным войнам к повышению напряженности в Донбассе.

Вряд ли будет возможна полноценная эскалация конфликта: к ней сейчас не готовы ни Украина, ни Россия. С одной стороны, наши горячие головы, которые призывают «идти вперед и освобождать Восток», абсолютно неадекватно оценивают ситуацию. Мы сейчас не готовы в военном отношении к тому, чтобы освободить Донбасс.  Россия снова подкинула туда и вооружения, и людей, поэтому перевес, пусть небольшой, пока на той стороне, я уже не говорю о риске вторжения, который тоже надо учитывать.

Впрочем, РФ не готова к полномасштабной войне. Москва еще в ноябре, пытаясь расширить подконтрольную сепаратистам зону, поняла, что без поддержки авиации полноценное наступление на позиции украинских войск невозможно. А использование российской авиации будет прямым доказательством участия РФ в войне, что неизбежно приведет к новой волне санкций, которые сейчас представляют смертельную угрозу для России.

Так что полномасштабного конфликта не будет, но напряжение возрастет, и эмоциональный накал будет проявляться в локальной эскалации, учащении перестрелок на отдельных участках фронта и замораживании переговоров. Впрочем, рано или поздно Запад убедит нас вернуться к попыткам наладить диалог с сепаратистами.

Автор: Владимир Фесенко

Тарас Березовец

Посадка Навального — в дискурсе войны Путина с «нацпредателями». Украины эта война не касается в никоей мере.

Такое мнение высказал «Обозревателю», политтехнолог Тарас Березовец, передает 24daily.net.

Правонационалистическая позиция Навального делает невозможным рассматривать его по формуле «враг моего врага мой друг». Оба — и Путин, и Навальный чужды национальным интересам Украины.

Более того, чрезмерно мягкий приговор (сравните, сколько дали за невинную выходку Pussy riot) нужен и для того, чтобы сделать Навального квази оппозиционером #1 в стране. Его главный ресурс — Сеть, а здесь Кремлю удобно и легко вычислить всех его сторонников. Поэтому если Украина хочет действующей и эффективной оппозиции режиму Путина, Навальный не та кандидатура. И готовить ту, другую Россию, лучше в эмиграции, на украинской земле.

Российская пропаганда, ты же так любишь вот это: сорок первый год, сорок пятый год, деды воевали, георгиевская лента, против нас фашисты, против нас бандеровцы, – ты это любишь, ты, как иногда кажется, вообще не знаешь другого языка, так почему же теперь ты испуганно замолчала и не решаешься описать происходящее именно на том языке, который ты знаешь и любишь? Почему не звучит из твоих, пропаганда, уст одно напрашивающееся сейчас и самое очевидное сейчас слово? Оно ведь как раз из того словаря, который ты заучила наизусть и который с тобой заучили наизусть мы. Почему же теперь ты молчишь, пропаганда? Чего ты боишься?

Слово, которого сейчас нет в лексиконе российской пропаганды, – «блокада». То, что сейчас происходит в Крыму, проще простого описать на привычном языке программы «Время», что-нибудь вроде «российский Крым превратился в новый Ленинград, стойкость и мужество российских граждан оказывается сильнее цинизма и жестокости киевской хунты, которая решила обречь полуостров на смерть от голода и холода» – так об одесском пожаре говорили в мае, используя слово «Хатынь», и у телезрителя сжимались кулаки, и кто пассионарнее, те бросались искать (и находили, конечно) адреса вербовочных пунктов для добровольцев Новороссии, шли воевать, погибали.

Теперь все иначе. Единственная официальная фраза из Москвы по поводу блокады Крыма –Песков, которому «ничего не известно». Если Песков ничего не знает – расходимся. Российская аудитория послушна, и Пескову она верит. Что происходит в России? Новый год, и все.

Нет, не все. В эти предновогодние дни два миллиона россиян блокированы на холодном полуострове. Туда не ходят поезда, не пускают автомобили, регулярные перебои с электричеством вплоть до полного блэкаута, проблемы со связью и с поставками продовольствия, неработающие банки, есть риск проблем с водоснабжением. Говорили, что будет построен мост, но теперь ясно, что не будет и моста, да если бы и строили – когда бы он был готов, через пять лет, через десять? «Крым наш» – победительный лозунг этой весны звучал так часто, что успел превратиться в анекдот. «Крым наш» – теперь это звучит зловеще. Наш – и, значит, гуманитарная катастрофа, на грани которой он теперь балансирует, тоже наша, и ответственность за нее ляжет на Российскую Федерацию, которой, как теперь кажется, нет до этой катастрофы никакого дела. Россия умеет и любит бросать своих. Если Крым российский, то помощи ему ждать неоткуда.

Если Крым украинский, то все еще более паршиво. Для Украины полуостров – временно оккупированная Россией территория, источник территориального спора, большая потеря. Люди Крыма в этой конструкции – несчастные украинские граждане, которые вопреки своей воле удерживаются под властью Российского государства, но если так, то зачем Украина выключает им свет и не пускает к ним поезда? Делая их жизнь невыносимой, что хочет доказать им Украина? Она наказывает их за нелояльность? Напоминает, что они – ее граждане и она, Украина, может делать с ними что угодно? Анонсирует жесткие меры возмездия, которые будут приняты к населению полуострова после того, как Украина восстановит свой над ним суверенитет?

Последнее предположение звучит уже вполне реалистично. Не происходит ничего, что указывало бы на готовность и способность Российского государства позаботиться о своих гражданах на территории Крымского полуострова. Ответом России на блокаду Крыма стало начало поставок из России на Украину угля и электричества без пошлин и без предоплаты. В пятницу Украина восстановила контроль над примыкающим к Крыму полуостровом Чонгар – в феврале он был занят российскими войсками. Все выглядит так, что следующим шагом украинской стороны станет взятие Перекопа – и какая-нибудь радиостанция опять позвонит Дмитрию Пескову, и он опять скажет, что не в курсе. Аннексия Крыма в течение всего года была поводом для самой жесткой критики в адрес Владимира Путина со стороны самых разных его оппонентов в России и за рубежом, Путина обвиняли в империализме, в экспансионизме, в опасных геополитических играх и много в чем еще. Последние дни года демонстрируют несостоятельность всех этих обвинений. Империалисты так себя не ведут. Путин как был, так и остался лидером монетократического авторитарного режима, для которого судьбы двух миллионов человек на полуострове не более чем повод для виртуальных политтехнологических игр, а когда эти игры соприкасаются с какой угодно реальностью, выясняется, что Путину нет никакого дела ни до людей, ни до полуострова. «Это является последовательной демонстрацией политической воли президента Путина к оказанию реальной поддержки украинцам, особенно в преддверии Нового года», – это снова Песков, о поставках угля на Украину.

В течение этого года, как посчитали журналисты РБК, публичная позиция Путина по поводу причин присоединения Крыма менялась четырежды – от «они нас попросили о защите» до «священная Корсунь, аналог Храмовой горы». Каждый из этих пропагандистских тезисов был призван объяснить, почему Россия присоединила к себе Крым. Но объяснения не нужны, объяснять нечего. Россия Крым к себе не присоединяла, Россия сделала вид, что Крым стал ее частью. Зачем – чтобы похвастаться этим по телевизору, чтобы разрисовать Москву нарядными граффити, чтобы поэкспериментировать с общественным мнением, добиться каких-то локальных внутриполитических целей. Цели достигнуты, граффити нарисованы, и до блокады полуострова и до людей на нем Москве теперь нет никакого дела. Так выглядит российский империализм и экспансионизм в двадцать первом веке.

Этот новый год Россия встречает без Спасской башни Кремля, то есть башня-то на месте, просто ее ремонтируют, и она накрыта многоэтажным кубическим колпаком, что-то вроде то ли зиккурата, то ли ленинского Мавзолея, вытянутого ввысь. Московские власти обещают справиться с недоразумением при помощи специального мобильного приложения, в котором, если навести камеру на зиккурат, можно будет увидеть башню в ее привычном облике. Вероятно, разработчики приложения позаимствовали свою идею у политики федеральных властей в Крыму – там ведь тоже, если навести на Крым камеру российского телевидения, можно увидеть полуостров в образе настоящего российского региона, хотя блокада Крыма Украиной и реакция российских властей на происходящее свидетельствуют, что Россией Крым так и не стал.

Автор: Олег Кашин

Анатолий Лопата

Президента России Владимира Путина в его агрессивной политике остановят; первую скрипку в этом будет играть Европа.

Такое мнение в комментарии «Обозревателю» высказал генерал-полковник в отставке, бывший начальник Генерального штаба ВСУ, бывший первый заместитель министра обороны Украины Анатолий Лопата, передает 24daily.net.

«Экономическая поддержка мировых лидеров служит Украине и тем целям, которые в ближайшее время должны привести нас к миру», — заявил он. «Они остановят Путина. Первую скрипку в этом деле будет играть Европа», — добавил генерал.

По его мнению, наиболее эффективными методами воздействия на руководство России являются не военные, а сугубо экономические. «На РФ, прежде всего, воздействует Европа. Евросоюз является первым потребителем экспорта энергетических ресурсов, которые есть в России и которые оказались главной статьей доходов бюджета РФ», — напомнил Лопата.

В этом контексте генерал напомнил: условие снятия санкций с России – выполнение Минских договоренностей. А именно: вывод российских войск с территории Украины, прекращение военной помощи боевикам и способствование восстановлению контроля Украины за границей.

В вопросе окончания война на востоке Украины генерал делает основную ставку на осознание президентом России своей глобальной ошибки. «Очень сложно признавать собственные ошибки, но есть очень большая необходимость следовать здравому смыслу», — заявил он.

Депутат Госдумы России Илья Пономарев
Фото: ИТАР-ТАСС

Если США хотят помогать Украине, лучше дать ей денег, а не вооружение. Для победы в войне с Россией Украине лучше реализовывать в стране «план Маршалла», а не антисоциальные реформы. Если ждать политического конца президента РФ Владимира Путина, то не раньше 2017 года.

Об этом в интервью «Обозревателю» рассказал голосовавший против аннексии Крыма депутат Госдумы России Илья Пономарев, передает 24daily.net.

-Конгресс США принял «Акт в поддержку свободы Украины» - насколько серьезно это поможет нам в политическом и военном плане?

-У меня смешанное отношение к решению, которое было принято. С одной стороны, я очень рад, что оно в принципе было принято. Я считаю, моральная поддержка и вообще любая поддержка для вас очень важна. Это поднимает дух нации — вы должны видеть, что вы не одни. В этом смысле это важно. Но, как всегда, мне кажется, исполнение немножко подводит.

Когда я был в Штатах, я говорил со многими представителями истеблишмента. Я старался донести до них свою точку зрения, которая заключается в следующем. Во-первых, экономическая помощь, на мой взгляд, более важна, чем помощь военная на данном этапе. В случае если будет помощь экономическая, вы сами можете решить, как распорядиться этими деньгами, в том числе потратить их на оборону. Во-вторых, военная составляющая этого решения только дополнительно подстегнет путинскую пропаганду и поможет доказывать путинскую точку зрения, что Россия воюет не с Украиной, а с Америкой на территории Украины.

Поэтому было бы более разумно выделить какой-то денежный фонд для вас, из которого можно было бы потратить деньги на вооружение, например, в той же Восточной Европе, где после распада Варшавского договора большое количество вооружений совместимо с вооружением украинской армии, а не пытаться продвинуть вооружение американское, которое с вашим вооружением несовместимо и из-за которого придется тратить дополнительное время на обучение, на поддержку и так далее.

В любом случае, я считаю, что для Украины самое важное – это «план Маршалла». Если ваше правительство будет вынуждено делать антисоциальные реформы (сокращать социальные блага, заработные платы, повышать пенсионный возраст, делать платной медицину) – а, судя по всему, оно движется в этом направлении ускоренным темпом, — то закончится это уже настоящей революцией. Не восстанием среднего класса на Майдане, а полноценным 1917-м годом. Что будет в Украине после этого, думаю, никто предсказать не может.

- С 9 декабря на Донбассе объявлено перемирие. Долго ли оно продлится, что будет дальше?

- Я думаю, что в зимний период никому воевать будет не нужно – ни одной, ни другой стороне. Путин сейчас смотрит на действия вашего правительства, понимает, что вы справитесь с задачей дестабилизации страны сами вместе с советчиками из МВФ, и что надо немножко подождать, и украинский народ сам вынесет свою власть. И тогда останется только подобрать то, что будет уже валяться на земле.

Автор: Татьяна Гайжевская

Как сообщил Дмитрий Тымчук, в информационном поле усиленно разгоняется тезис о якобы имеющем место «закрытии» Москвой т.н. «проекта «Новороссия». Одновременно глава МИД РФ Сергей Лавров заявил, что Москва является единственной силой, выступающей за сохранение Донбасса в составе Украины.

Данная информкампания Москвы является весьма опасной, поскольку заставляет Украину «расслабиться» и питать иллюзии относительно «мирного урегулирования конфликта» — то, чего так давно и так явно жаждет официальный Киев, пишет Joinfo.ua со ссылкой на сообщение Тымчука, передает 24daily.net.

Предлагаем взглянуть на факты. Итак, на данный момент (включая события последних суток) мы фиксируем:

1. Усиленные попытки российского командования загнать все бандформирования, действующие на территории, контролируемой «ДНР» и «ЛНР», под единое руководство и создать т.н. «армию Новороссии».

Для этих целей на Донбасс еще несколько недель назад прибыли специалисты Генштаба ВС РФ (работая при «поддержке» подразделений ГРУ и специалистов ФСБ). На данный момент никто их не отзывает назад в РФ, наоборот: «посланцы России» усиливают прессинг на руководство «ДНР» и «ЛНР» с требованием заставить командиров бандформирований подчиняться. Основная звучащая угроза при этом – обещание лишить помощи из РФ тех, кто не выполнит данных требований.

2. Благодаря упомянутой помощи из РФ, идет усиленная и активная подготовка российско-террористических войск к боевым действиям в зимних условиях. Это касается обеспечения зимней формой одежды, снаряжением, зимним топливом и т.д.

3. Пользуясь «странным перемирием» (читай – отсутствием активных действий со стороны украинских войск), российско-террористические войска провели перегруппировку своих сил. Отведены от переднего края и усиленно проходят доукомплектование подразделения, понесшие потери в предыдущих боестолкновениях. За счет принудительной «мобилизации» (в меньшей мере) и переброске на Донбасс российских наемников (в большей) идет формирование новых подразделений.

4. Не уменьшается численность подразделений Вооруженных сил РФ, действующих на Донбассе.

5. На фоне «успокаивающих» заявлений МИД РФ в Южном военном округе России (точнее – в приграничной с Украиной Ростовской области) проходит оперативно-мобилизационный сбор руководящего состава. В нем принимает участие управление округа, командование общевойсковых объединений, командования ВВС и ПВО, железнодорожных войск, Черноморского флота и Каспийской флотилии, командиры соединений и воинских частей. При том, что данный регион набит под завязку ранее переброшенными частями и подразделениями ВС РФ (в основном – ЮВО, также ЦВО).

«Все эти факты не позволяют считать московский «проект «Новороссия» закрытым. Предлагаем все же верить фактам, а не чьим-то заявлениям и рассуждениям», — резюмировал Тымчук.

В этом случае мы должны начать с того, что на выборах избиратель голосует за какие-то программы. Их там много, этих программ. Есть программы партий, а еще есть программы отдельно стоящих мажоритарных кандидатов. То есть, количество программ, занесенное народной волей в парламент, равняется 225 плюс количество прошедших партий.

Затем в парламенте образуется большинство — это несколько партийных программ плюс энное количество программ индивидуальных. Давайте поверим в то, что из вот этого всего можно составить некий усредненный документ, который бы устраивал всех участников. Те, кто имел дело с такой деятельностью, знают, что этого сделать нельзя. Но все-таки мы же верим в экстраординарные способности избранников народа, правда? Так что давайте зажмуримся и представим, что это возможно. В результате нашего зажмуривания и титанических депутатских усилий появится «общая» программа большинства, которая называется у нас коалиционным соглашением. Вот это то, что с очень и очень большой натяжкой можно назвать «за что мы боролись на выборах».

И вот теперь на сцену выходит правительство. И выносит свою программу. Стоп, скажете вы, а как же мы, избиратели и все вот это вот? А никак. Вот Семен Семенченко с бесхитростностью неофита тоже удивляется, мол, не писали мы такого в коалиционном соглашении, что тут Яценюк нам рассказывает. Ну, а что мешает Яценюку писать в программе то, что захочет он, а не то, что написал Семенченко? Ровным счетом ничего.

Это первый момент, который нужно понимать, когда вы слышите о программе правительства. Любого правительства, не только этого.

Однако второй момент, который нужно знать о программах, даже интереснее и поучительнее. Состоит он в том, что никто и ничто не обязывает правительство делать то, что написано в программе и, главное — не делать того, чего в ней нет. Ограничения свободы действий правительства, которые впечатлительные французы обнаружили у англичан и назвали разделением властей, имели простую финансовую природу.

«Право кармана»  было у парламента и для любого действия правительству нужно было выклянчивать там деньги. Государства у англосаксов со временем избавились от этого неприятного недоразумения, а в других местах «разделение властей» всегда было просто более или менее удачной имитацией. Сегодня это такая милая традиция, вроде шотландских килтов и медвежьих шапок у королевских гвардейцев, на них любят пялиться туристы из развивающихся стран, но практического значения они больше не имеют.
Так вот, если вы обратите внимание на нашу печальную действительность, то легко заметите в ней тот факт, что правительства никогда не обращали в своих действиях и бездействиях никакого внимания на всякого рода программы. Это правило верно по отношению ко всем правительствам во все времена. Отличается здесь только степень уважения к нежным чувствам избирателя, проявляемая при этом. С момента, когда деньгами перестал распоряжаться парламент, ничто не останавливало и не останавливает правительства вводить новые налоги и ограничения тогда, когда оно находило это необходимым. Посему, о программе правительства нужно знать одну вещь — к реальным действиям правительства она не имеет отношения и, следовательно, обсуждение ее в этом ключе не имеет смысла.

Разумеется, программа несет в себе некие смыслы. Собственно, они бывают двух видов — разного рода «сигналы» и смыслы демократического ритуала. В нашем случае в программе есть сигналы иностранным спонсорам о том, что правительство якобы намерено сокращать расходы, то есть «взяться за ум». Это часть такой игры — сочтут ли спонсоры эти обещания удовлетворительными — зависит, конечно, не только от программы, но и от нее тоже. Ну, а что касается ритуала — то «невыполненные обещания» — это мотор демократии, как процесса. Без него она просто остановится. В любой стране на любых выборах вы услышите о том, что «они нас обманули». И вот для этого момента и имеет значение программа правительства, она нужна, чтобы не быть выполненной. Но тут надо понимать одну принципиально важную вещь. Когда вас бьют в подворотне, это происходит совсем не потому, что вы не дали закурить. Точно так же, когда Яценюка или любого другого начальника в любой другой стране мира, начинают выкуривать из теплого кабинета, происходит это не потому, что он не выполнил свою программу. Но программу ему при этом вспоминают, это уж обязательно, иначе публика перестанет ходить на шоу.

Автор: Владимир Золоторев, Контракты.ua

Виталий Портников

Чем больше российские спецслужбы будут заниматься Украиной, тем больше вероятность большой вооруженной акции на Северном Кавказе.

Такое мнение в эфире «5 канала» высказал журналист Виталий Портников, пишет УНН, передает 24daily.net.

«В тот день, когда началась операция на Донбассе, пребыванию Северного Кавказа в составе Российской Федерации подписан приговор. Вопрос времени, когда именно эта территория перестанет быть органичной частью РФ», — подчеркнул эксперт.

Он отметил, что в Чечне происходит постоянная конфронтация и военные столкновения. «Но они не являются масштабными, поэтому их удается скрывать. А то, что произошло вчера, нельзя было замолчать, потому что это была большая операция в центре чеченской столицы «, — отметил эксперт.

Он отметил, что на сегодня большая часть российских спецслужбистов, которые всегда помогали администрации Кадырова в борьбе с антироссийским движением в Чечне, сейчас отвлеклись и на «ДНР», ЛНР «, на зачистку Крыма.

«Чем больше российские спецслужбы будут заниматься Украиной, тем больше вероятность большой вооруженной акции на Северном Кавказе, причем не только в Чечне. Ведь спецслужбы — это кадры, а они не безразмерные «, — подчеркнул он.

Такое мнение в комментарии «Обозревателю» высказал координатор группы «Информационное сопротивление», эксперт Центра военно-политических исследований Константин Машовец, передает 24daily.net.

«Потери, которые понес противник, пытаясь захватить позицию в донецком аэропорту, несоизмеримы со значением этого аэропорта», — сказал эксперт.

«Тогда почему продолжаются атаки?» — спросил «Обозреватель». «Это вопрос не ко мне, а к командирам боевиков», — заметил Машовец. «Это превратилось уже в мясорубку. Если они хотят продолжать – пусть продолжают, но, конечно, есть смысл прекратить огонь», — сказал эксперт.

Говоря о возможном решении о прекращении огня в аэропорту на встрече представителей Генштабов и боевиков в Донецке, Машовец заметил: «Такие вопросы решаются высшим военно-политическим руководством, а не представителями Генштабов. Они могут обсудить только какие-то конкретные вещи – где пройдет линия соприкосновения, зона размежевания и т.д.». «Военные – это только исполнители, решения принимают политики», — добавил эксперт.

Напомним, 2 декабря в Донецке пройдет встреча с участием представителей Генеральных штабов Украины, России и боевиков, где будет обсуждаться вопрос прекращения огня в зоне проведения антитеррористической операции. 1 декабря было обнародовано совместное видеозаявление украино-российской группы по урегулированию режима прекращения огня в донецком аэропорту. 

Фото: Reuters

Перспектива превращения Украины в европейское государство — главный козырь официального Киева на переговорах с официальной Москвой.

Такое мнение в интервью «Обозревателю» высказал российский политолог Станислав Белковский, передает 24daily.net.

«На первый взгляд кажется, что у Киева нет козырей – но их нет в силовом варианте. Я считаю, у Украины сейчас появился замечательный шанс создать европейское государство. Это займет несколько лет, или даже много лет, но шансы есть. Их надо использовать», — сказал политолог, отвечая на вопрос «Обозревателя».

По его мнению, «Украина должна концентрироваться на позитиве, на том, что есть шанс построить европейское государство, национальное государство европейского образца, что сегодня в России пока невозможно, увы. Это и есть главный украинский козырь».

В условиях, «когда Европа не готова поддерживать Украину военными методами», Белковский порекомендовал Президенту Украины Петру Порошенко сдерживать агрессивную политику президента России собственными силами. При этом «это сдерживание должно носить очень тонкий, умный, дипломатический характер», — подчеркнул политолог.

В то же время он заметил, что «Порошенко как бизнесмен несколько переоценивает возможность договориться с Путиным – это почти невозможно. Всегда нужно понимать, что никакая договоренность с Путиным не является окончательной и может быть отменена в любой день в одностороннем порядке по инициативе Путина». Кроме того, политолог обратил внимание Президента Порошенко на тот факт, что «Путин не торгует с ним – он торгует с Вашингтоном и с Берлином за Украину».

Исходя из этого Белковский порекомендовал Порошенко «наступить на горло собственной песне, несмотря на всю амбициозность и высокую самооценку Петра Алексеевича, что неизбежно для любого человека, который стал народно избранным президентом, еще год назад не имея таких шансов – и понять, что реально происходит. Нужна максимально трезвая оценка реальности».

Напомним, 26 ноября состоялся телефонный разговор президентов Путина и Порошенко.В СМИ озвучивалась информация о том, что президент России угрожал президенту Украины, однако позже обе пресс-службы глав государств опровергли эту информацию.