Вчера социологическая группа “Рейтинг” обнародовала результаты исследования актуальных проблем внешней и внутренней политики Украины, пишет украинский “Коммерсант”.

С 26 сентября по 6 октября во всех областях Украины было опрошено 2 тыс. респондентов старше 18 лет. Ошибка репрезентативности исследования составляет (с вероятностью 0,95) для значений близких к 50% — не больше 2,2%; для значений близких к 30% — 2%.

Согласно результатам, 53% респондентов поддерживают присоединение Украины к Европейскому союзу, не поддерживают — 35%, не определились — 12%. Социологи отмечают, что за последний месяц количество тех, кто ожидает подписания соглашения об ассоциации (СА) с ЕС, выросло с 39% до 49%, при этом среди противников евроинтеграции — почти вдвое. Следует отметить, что, согласно исследованиям группы “Рейтинг”, за последние три года количество тех, кто поддерживает евроинтеграционные устремления Украины, почти не изменилось — в апреле 2010 года таких было 52%, в апреле 2011 — 51%, а в октябре 2012 — 52%.

47% опрошенных против 34% считают, что соглашение с ЕС более выгодно, чем вступление в Таможенный союз (ТС) с Россией, Белоруссией и Казахстаном. В октябре 2012 года только 40% респондентов считали подписание СА выгодным для Украины, а 37% заявили, что стране необходимо вступить в ТС. Поддерживают создание единого государства в составе Украины, России и Белоруссии 38% опрошенных, 51% высказались против, 12% не определились с ответом. За предоставление русскому языку статуса государственного высказались 43% респондентов, 51% — против и 5% заявили, что не определились с ответом.

По мнению директора социологической группы “Рейтинг” Алексея Антиповича, украинцы поддерживают интеграцию с ЕС, потому что видят в этом индивидуальные преимущества и хотят жить как в Европе. “В Украине сложилось представление, что европейцы живут обеспеченнее, стабильнее, разнообразнее. Украинцы хотят путешествовать по Европе, там учиться, получить больше возможностей для трудоустройства. Граждане видят личные выгоды от интеграции в ЕС. Что касается интеграции с Россией, тут можно говорить о защите промышленности и сельского хозяйства”,— отметил социолог

Об этом заявил советник президента России Сергей Глазьев в эфире радиостанции «Эхо Москвы».

«Украина – большая страна, которая с нами всегда жила вместе, и нам даже трудно себе представить, что вдруг оборвутся эти тысячи кооперационных связей, появится визовый режим на границах, и, как в кошмарном сне, мы будем вспоминать, что творилось во время грузинского конфликта, когда тогда явно враждебная нам власть направляла украинских специалистов воевать с российскими солдатами», — заявил он.

«Хотелось бы этого (введения виз) избежать всеми силами. Вместе с тем, мы должны понимать, что у каждого интеграционного процесса есть своя логика…», — сказал советник президента России.

«Если мы в рамках Таможенного союза отменим паспортно-визовый контроль. Дальше возможно возникнут более жесткие требования к тем, кто в этот режим не вошел. То есть это формально может и не привести к введению виз с Украиной и другими государствами, которые не стали участниками нашего объединения. Но, исходя из логики интеграционного процесса, такая угроза существует», — заявил Глазьев.

«Если Украина войдет в Шенгенскую зону с большинством стран ЕС, а у нас (России) по прежнему будет отсутствовать безвизовый режим с ЕС, то европейцы вынудят Украину ввести визовый режим», — сказал он.

По словам Глазьева, украинское руководство еще полгода назад не имело ни украинского, ни русского перевода соглашения об ассоциации — «вплоть до того момента, когда мы за них перевели текст соглашения с английского на русский».

«Мы взяли соглашение у наших коллег из Брюсселя на английском языке, сделали перевод на русский, украинские министры с большим интересом его прочитали, когда я им дал. Они до этого не читали текста — там переговорщики были, конечно, но переговорщики не докладывали, по всей видимости, своему руководству, и как-то дело шло на их усмотрение», — сказал советник Владимира Путина.

«Это те самые переговорщики, которые втягивали Украину во Всемирную торговую организацию, оплачиваемые, из зарубежных фондов технической поддержки», — уточнил он.

«Эти люди просто по своей сути были ангажированы. Для них была задача согласовать документ как угодно, лишь бы поскорее. И вице-премьер украинский, который парафировал текст этого соглашения в декабре 2012 года на английском языке, английским не владеет», — добавил Глазьев.

«Поэтому, вопрос как он мог взять на себя ответственность парафировать текст, который прочитать он не может… Это все очень удивительные вещи, которые в нашей стране происходить не могут, а там могут», — сказал он.

«Украинская политическая верхушка настолько тесно связана с олигархическим украинским капиталом, что бизнес-интересы превалируют. Превалируют настолько, что некогда даже прочитать соглашение. Им кажется, что если они вступят в ассоциацию с ЕС, то деньги, которые они вывезут в ЕС, будут легализованы, что является заблуждением…», — добавил Глазьев.

Восстановление кооперационных связей между Россией, Беларусью и Казахстаном в

Статистика торговли между странами Таможенного союза пока не дает оснований делать выводы об эффективности торгового союза России, Беларуси и Казахстана, заявил премьер-министр Украины Николай Азаров.

«Слишком небольшой срок прошел со дня образования Таможенного союза и его фактического функционирования, чтобы можно было уже делать какие-то определенные выводы с точки зрения его эффективности», — сказал Азаров.

При этом он отметил важность устранения целого ряда торговых барьеров между Казахстаном, Беларусью и Россией, что в теории должно было дать положительный эффект.

«Восстановление былых кооперационных связей действительно должно принести эффект. Однако если говорить о цифрах, то те годы, на которые пришлась реализация этой идеи, — это было время выхода из кризиса всех трех стран. Да, есть определенные темпы роста товарооборота, но если бы они были на фоне обычных лет, тогда можно было бы делать более точные выводы», -

Азаров также подчеркнул свою приверженность либерализации внешней торговли.

«Отгораживание и создание торговых барьеров на пути движения товаров, услуг, а если говорить шире, то и капиталов, рабочей силы приведет в конечном итоге к неконкурентоспособной экономике. И поэтому мы внимательно изучаем опыт работы Таможенного союза», — заявил украинский премьер.

По материалам: ZN,UA

В интервью «Первому каналу» и агентству Ассошиэйтед Пресс В.Путин — среди прочего — сказал: «Что бы ни происходило, и куда бы Украина ни шла, мы все равно когда-то и где-то встретимся. Почему? Потому что мы — один народ». Один народ, а потом — одна страна? А потом один… — угадайте последнее слово.

Но это заявление — на десерт, а сначала о локальной геополитике. По ходу дела он, В.Путин, сообщил, что Россия с уважением отнесется к решению Украины заключить соглашение о зоне свободной торговли с ЕС, но будет вынуждена защищать собственные интересы. Тут нюанс: в августе были известные и, в какой-то мере, роковые проблемы украинского экспорта на российской таможне. К концу месяца В.Путин в телефонном разговоре с В.Януковичем признался, что «был обескуражен» действиями своих таможенников.

Ну, это был пересказ В.Януковича, но, в общем, разговор был примерно каким-то таким. И, тем не менее, В.Путин снова говорит о защите российских интересов. Вообще, теперь у него отношение к Соглашению Украины с ЕС такое: «Ну, посмотрим, каким будет выбор украинского руководства. К любому, какой бы выбор ни был сделан, мы отнесемся с уважением и, безусловно, будем продолжать работать. Но вопрос просто только в том, как будем работать, что мы должны будем предпринять для защиты своих собственных интересов. Видно будет».

Основную угрозу В.Путин видит в том, что Соглашение может привести к «выдавливанию» украинских товаров на российский рынок: «Когда обнуляются пошлины, появляется товар иностранного производства на украинском рынке, а свои-то предприятия работают, куда свой-то товар девать? У нас есть опасение, что они будут выдавливаться на наш рынок, на рынок Таможенного союза, на рынок России, Казахстана и Белоруссии. Но мы так не договаривались, это будет создавать проблемы для нашей экономики».

То есть, президент РФ тут публично признал, что в сравнении с российскими товарами украинские более привлекательны и, как следствие, промышленность России — не конкурент украинской. Причем, когда о соответствующих рисках ранее говорил С.Глазьев, то у него главным риском был реэкспорт товаров, ввезенных в Украину через ЕС. То есть, риски В.Путин углубил и расширил: украинские товары, значит, по цене-качество лучше российских, а европейские — лучше украинских. То есть, в общем, Украина вполне правомерно хочет в сторону ЕС.

Возможно, конечно, что В.Путин просто сказал первое, что пришло ему в голову — это же интервью, все-таки. Тем более, что дальше он стал противоречить себе же: «Я с трудом себе представляю, как будет развиваться ракетно-космическая отрасль Украины. Она очень солидная — и ракетная отрасль и авиация. Я просто не представляю без нашего рынка. Моторостроение авиационное. Наши все вертолеты оснащены украинскими двигателями, что нам делать?» Иными словами, запреты на ввоз, которые хочет ввести Россия, тут же создадут проблемы именно России: ну вот что будут делать ее вертолеты без украинских двигателей, которые она сама же и не пускает?

Не уточняя этот нюанс, В.Путин перешел к изложению геополитики на примерах из личной жизни: «Я же очень давно и хорошо знаю наших европейских партнеров, они очень хорошие ребята, с ними и пивка можно махнуть немецкого, и шнапса выпить, и бокал вина французского или итальянского выпить вкусного. Но когда они садятся за стол переговоров, это очень жесткие люди, очень прагматичные, и чего-то получить от них — это, знаете, сложная задача».

Это он вел к тому, что «мне казалось, что если бы мы в рамках единого экономического пространства вместе бы определили какие-то принципы, то разговаривать, скажем, европейцам с нами в составе Россия — Украина — Казахстан — Белоруссия было бы гораздо сложнее, чем поодиночке». Вот это утверждение как-то чисто внезапно: никаких признаков возникновения такого желания у членов ТС отмечено не было. Мало того, здесь же можно вспомнить хотя бы достаточно интересные отношения России с Белоруссией.

В конце, наконец, произошел шедевр: «Вы знаете, что бы ни происходило, и куда бы Украина ни шла, мы все равно когда-то и где-то встретимся. Почему? Потому что мы — один народ». Должны ли теперь в России думать о том, что Путин заговорил о распаде страны? Ведь, как-никак, русские и буряты — определенно разные народы? Не, ну если он имел в виду народ российский, то тогда паритетно есть народ украинский — а тогда получается заявление о будущей ликвидации суверенитета? Не, там на это уже не пойдут.

Они не пойдут!

Украинская Research&Branding Group опубликовала  результаты опроса: 45% опрошенных граждан Украины поддерживают интеграцию Украины в Евросоюз, 36% — в Таможенный союз. Вопрос там был конкретный, не спутать: какое интеграционное объединение опрошенный бы выбрал — ЕС или ТС? Все вполне прозрачно. Кроме тех, кто высказался за ЕС или ТС, еще 19% ответить затруднились. К тому же ранее СМИ, тяготеющие к фронде, любили называть Research&Branding Group «провластными социологами» — что бы это ни значило.

Там был и второй вопрос: необходимо ли подписывать соглашение об ассоциации с Евросоюзом? 49% опрошенных ответили, что в целом да, 31% — в целом нет, 20% затруднились ответить. Так что поддержка Соглашения даже чуть больше, чем идеи вступления в Евросоюз.

А вот, что касается России. Три четверти респондентов согласны с утверждением о том, что причины украинско-российской «торговой войны» имеют в большей степени политический, чем экономический характер. При этом 58% украинцев уверены, что блокирование Россией украинского импорта — это прежде всего реакция на стремление Украины заключить Соглашение об ассоциации с Евросоюзом.

Также выяснено, что происходит существенное ухудшение восприятия России в глазах жителей Украины. В сентябре 2009 года 35% респондентов считали Россию братской страной, а в августе 2013-го — только 22%. Дружественной страной Россию сейчас считают 16%, в сентябре 2009-го — 23%.

Скорее всего, итоги этого опроса в России мало кто увидит — а жаль.

 И немного Европы

Это тоже было примерно в ту же среду Министр иностранных дел Литвы (Литва председательствует сейчас в ЕС) Л.Линкявичюс в интервью  сказал, что если Россия будет продолжать давить на Украину из-за подписания Соглашения об ассоциации, то это будет иметь последствия для диалога Брюсселя с Москвой. По его словам, «Это скажется на диалоге ЕС с Россией. Наши отношения тоже важны, как в экономической, так и в политической сфере, но наше партнерство построено не только на прагматических интересах, но и на ценностях. И одна из самых важных — это право выбора».

Он же пояснил и причины, по которым министры иностранных дел восьми северо-балтийских стран (NB8) на заседании 3 сентября приняли отдельное заявление в отношении Восточного партнерства — а они поддержали подписание Соглашения с Украиной. Линкявичюс пояснил, что программа Восточного партнерства «важна не только для ЕС и стран-партнеров, но и для всей Европы, для европейского проекта». На том же заседании NB8 министры назвали неприемлемыми любые угрозы и давление на страны Восточного партнерства из-за их европейских стремлений. Таким образом, один достаточно серьезный регион Европы Соглашение уже фактически подписал, причем — солидарно.

А тут еще и Армения: после встречи с В.Путиным (вот сейчас) президент Армении Серж Саргсян заявил о намерении страны вступить в ТС. При этом Армения была участником Восточного партнерства и на саммите в ноябре планировала парафировать тексты соглашений по ассоциации и зоне свободной торговли с ЕС.

Европа отреагировала тут же, сообщив, что решение Армении о вступлении в Таможенный союз лишает ее возможности подписать соглашение с Евросоюзом о зоне свободной торговли, тот же Линкявичюс: «Значит, они не подпишут договор о свободной торговле с ЕС, если таким будет их выбор». Ну а поскольку на этом же саммите предполагалось рассмотреть Соглашение об ассоциации ЕС с Украиной, то его просто непременно подпишут иначе саммит будет полностью провален. А ведь как Линкявичус, программа Восточного партнерства «важна не только для ЕС и стран-партнеров, но и для всей Европы, для европейского проекта».

Ну и, собственно, вот так геополитика и выстроилась.