11 марта около 7 утра возле здания ФСБ в Калининграде появился флаг Германии. Местные оппозиционеры рассказывают, что висел он не на самом здании: флагшток был вставлен в пустой «стакан» на гараже, принадлежащем УФСБ по Калининградской области (кстати, прошедшую в 7 утра акцию никто из них не увидел, а фотографий нет). По мнению органов следствия, такое карается 7 годами лишения свободы — дело заведено по статье 213 УК, часть 2 (хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору). Эта статья приобрела репутацию политической — именно по ней дали «двушечку» Pussy Riot, по ней же обвиняли арестованных у платформы «Приразломная» гринписовцев.

Обвиняемых по делу трое: местные политактивисты Михаил Фельдман, Олег Саввин и их московский товарищ Дмитрий Фонарев. Все трое сидят в СИЗО, вины не признают и показаний не дают. В письмах объясняют мне: никто, конечно, не подавал никаких знаков Германии, чтобы забрала Калининград себе. Речь вообще не о Германии — об Украине. Это была акция против поощрения российскими властями сепаратизма на юго-востоке. Флаг в Калининграде — немецком до 1945 года — был вывешен «по аналогии» с происходящим в Крыму: если там размахивать флагами чужой страны можно —  тогда почему здесь нельзя?

«Это противодействие хамству, — так смысл акции объясняет 42-летний Михаил Фельдман. — Причем хамству двойных стандартов: на территории другой суверенной страны вывешивание российских флагов одобряется Россией официально. Обратное же действие — преступление. Почему?»

Активисты уже отбыли в спецприемнике по 10 (Фонарев — даже 25) суток: в день появления флага их задержали «за нецензурную брань» — эту административную статью часто применяют против активистов в регионах. Казалось, что наказание отбыто и можно продолжать жить — но появилось уголовное дело, и скоро все трое опять попали за решетку. Пока что они арестованы на 2 месяца на время следствия.

Молодым людям в некоторой степени повезло: закон об особом уголовном наказании за призывы к сепаратизму в марте уже был принят, но еще не вступил в силу. В обвинительном заключении сказано, что акция разжигает сепаратистские настроения, а также «глубоко оскорбляет политические ориентиры граждан РФ». Саввин и Фельдман называют себя не сепаратистами, а регионалистами. «В стране провозглашено федеративное устройство, а вместо этого мы имеем централизм с метрополией, не дающей жителям самим решать, как им жить, не спрашивая «московского барина», — поясняет Олег свою позицию.

Третий обвиняемый, Дмитрий Фонарев, по собственному признанию, когда-то разделял крайне правые взгляды, но радикализмом давно переболел. Однако следствие утверждает, что у здания УФСБ он кричал: «Хайль Гитлер!» — и выбрасывал руку в нацистском приветствии в сторону флага. Фонарев этим пассажем возмущен, а Фельдмана он просто смешит: «Это я-то, с еврейскими корнями, оказался в мифической группе, кричавшей: «Зиг хайль»?!»

Фельдман и Саввин — члены местного движения «Комитет общественной самообороны» (КОС). Дружат много лет, еще «до политики»: вместе ездили на фестивали исторической реконструкции, это их общее увлечение.

Саввин по профессии — менеджер, но в последние годы был и продавцом-консультантом, и охранником, потом работал неофициально. Фельдман учился на биофаке КГУ, работал в АтлантНИРО: Институте рыбного хозяйства и океанографии.

В 2010 году в Калининграде состоялась знаменитая «мандариновая ярмарка»: эту акцию там и сейчас вспоминают как один из немногих массовых митингов протеста. Митинг местные власти не согласовали, объясняя, что площадь в этот день будет занята мандариновой ярмаркой. Тогда протестующие заполнили ярмарку — 4 тысячи человек поднимали, как плакаты, мандарины и требовали отставки губернатора Бооса и Путина заодно. «Тогда я впервые почувствовал, на что способны люди, сумевшие объединиться. Однако политикой я так и не увлекся, больше того — недолюбливаю ее, — шутит Михаил, новоиспеченный политзэк. Правда, остаться вне политики он не смог: — Если грозит война, даже ярый пацифист идет в солдаты». Тогда же, в день «мандариновой ярмарки», к КОСу присоединился Саввин. Гражданская позиция у него появилась гораздо раньше, в 16 лет, — тогда, в 2004-м, он оказался свидетелем «оранжевой» революции в Украине: «Меня вдохновили те, кто вышел отстаивать свою свободу и право жить не в постсоветской, а европейской стране».

Дмитрий Фонарев — самый младший из троицы и, в отличие от товарищей по несчастью, не местный: он регулярно приезжал в область из Москвы. В отличие от многих сверстников, он очень хотел служить, но в военкомате его признали негодным. Он настаивал на повторном медосмотре, и три раза изумленные такой настойчивостью врачи находили у него сколиоз. Не попав в желанный ВДВ, Дмитрий сменил несколько вузов в поисках своего дела и поступил в Московский университет печати имени Фёдорова.

После 25 суток в спецприемнике Дмитрий в Москву не уехал: в Калининграде он решил остаться жить рядом с друзьями. В день своего ареста он должен был выйти на новую работу.

Когда Фонарев уже сидел в калининградском СИЗО, в Москве умер его старший брат: остановилось сердце. С братом Дмитрий давно был в ссоре. Попав в тюрьму, он написал ему большое письмо с просьбой помириться. Письмо к адресату не успело. А у пенсионерки Татьяны Алексеевны, матери Дмитрия, даже денег нет приехать в СИЗО на свидание к теперь уже единственному сыну. Олег Саввин пишет в тюрьме стихи и переживает за двоих товарищей, не зная, как у них дела. А Фельдман спокойно и невозмутимо держит голодовку — больше месяца, с самого ареста. «Я как политический активист не исключал такого поворота судьбы, — объясняет Фельдман. — Другого способа отстоять собственное достоинство у меня сейчас просто нет».

По материалам: Новая газета