Как показало расследование «ОЛИГАРХА», за последние пять лет госкомпания «Укрэнерго» потратила на тендерах «с душком» почти 4 млрд гривен, используя масштабную схему вывода денег, передает 24Daily.

Для многих это будет откровением, но в Украине всегда был переизбыток генерирующих электромощностей, а дефицит наблюдается в передаче электроэнергии с Запада в Киев. «У нас по очереди работают ровенский блок на 1000 МВт и хмельницкий блок на 1000 МВт. В результате в западном регионе сейчас остается «запертой» 1000 МВт мощности», – объясняла недавно суть проблемы изданию Forbes Ukraine Ольга Кошарная, директор по вопросам информации и связей с общественностью ассоциации «Украинский ядерный форум». Чтобы решить проблему, государственная «НЭК «Укрэнерго» должна была построить высоковольтные линии электропередач вместе с подстанциями.

Денег на это не было все годы независимости, пока на помощь не пришла Европа. На протяжении 2008-2010 годов кредиты в размере 500 млн. евро согласились выделить Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) и Европейский инвестиционный банк (ЕИБ). Они же четко контролировали их расходование, поэтому заказы получали иностранные подрядчики. «Укрэнерго» живые деньги не видела», — сообщил источник в ЕБРР.

Если международные кредиторы давали деньги только на ЛЭПы, то подстанции «Укрэнерго» строила за свой счет. В то время за это направление в госкомпании отвечал Всеволод Ковальчук (с сентября 2010 до мая 2013 г. он возглавлял тендерный комитет). И почти все подряды во время Януковича получила компания «Укрэнергомонтаж». В чем секрет ее успеха?

ЧАО «КП «Укрэнергомонтаж» до президентских выборов 2010 года была фактически пустышкой и не почти не осуществляла деятельности. Но все перевернулось с ног на голову в 2011 году. Тогда она получила первый подряд — реконструкцию подстанции в селе Новые Петровцы (поблизости от Межигорья). Этот контракт принес компании более 500 млн. гривен. Еще один крупный подряд на 841 млн гривен подоспел в конце того же года: реконструкция подстанции «Новокаховская» в Херсонской области. В августе 2012 года – еще 2,4 млрд. гривен.

Причины успехов связаны со сменой владельца 75% акций «Укрэнергомонтажа», которые были оформлены на Наталью Борисенко, Александру Кулик и Антона Чернецова. Они ведут совместный бизнес с британской DV Corporation, близкой к тогдашнему главе Минэнергоугля Юрию Бойко. Кроме того, Чернецов входил в наблюдательный совет северодонецкого объединения «Стеклопластик», считающегося вотчиной Бойко, а его семья вела общий бизнес по торговле топливом с семейством экс-главы Минэнергоугля. Таким образом, тендерный тандем Ковальчука и ближайшего окружения Юрия Бойко, который ныне главенствует в Оппозиционном блоке в Верховной Раде, привел к тому, что «Укрэнергомонтаж» за пару лет получил подрядов от «Укрэнерго» ни много ни мало на 3,7 млрд. гривен.

Однако это всего лишь вершина айсберга. Потом подряды КП «Укрэнергомонтаж» отдавал в субподряд ЧАО «СВС-Днепр» и ее «дочке» — ООО «КЭСК». «СВС-Днепр» — настоящая, старая организация, которая занималась строительством ЛЭП еще с советских времен. Владельцы «СВС-Днепр» — Владимир Выпирайло и Николай Кравченко, заслуженный энергетик Украины. Чтобы получать работу, им пришлось идти на уступки. Половина акций в их родном ЧАО «СВС-Днепр» была «зарезервирована» в разное время для разных представителей власти. Так, после Оранжевой революции в 2005 году, когда президентом стал Виктор Ющенко, 50% ЧАО стали владеть структуры, не чуждые новоиспеченному министру топлива и энергетики Ивану Плачкову. Когда в 2010 году к власти пришли донецкие — 50% отдали упомянутому «Укрэнергомонтажу», близкому к Бойко.

По данным журнала «Новое время», аналогичные схемы практиковалась и продолжают практиковаться в «Укрэнерго» и на международном направлении, в обход поверхностного внимания иностранных банков. Источник издания, хорошо знакомый с работой компании, рассказал о том, как тендеры «Укрэнерго» на строительные работы выигрывают хорватские (Dalekovod d.d.) и индийские (упомянутая выше Kalpataru) компании. Они, в свою очередь, отдают их украинским субподрядчикам, учредителями которых являются родственники Ковальчука. А сами тендеры порой объявляются на работы, выполненные годы назад.

По данным ревизии Госфининспеции, в 2011-2013 гг. «Укрэнерго», в котором в то время Ковальчук был председатель комитета по конкурсным торгам, провела с нарушениями 12 закупок, по которым подписаны контракты на сумму 2 млрд. гривен. Такие закупки выигрывали компании, в том числе, подконтрольные самому Ковальчуку и его семье. По этому эпизоду в 2015 году ГПУ даже открыла уголовное производство.

Константин Григоришин

Речь идет, например, о компании «Хорос», которое таким образом получила 48 млн. гривен. В ходе следствия было установлено, что бывший председатель комитета по конкурсным торгам, первый заместитель директора ГП НЭК «Укрэнерго» способствовал и продолжает способствовать подконтрольным ему и членам семьи предприятиям в признании их победителями тендеров «Укрэнерго». С целью легализации государственные деньги зачислялись ООО «Хорос», а дальше под видом платы за выполненные работы, оказанные услуги, зачислялись ООО «ВАКК», ООО «Тилос», ООО “Производственно-коммерческой компании «Укрстройинвест-2000», учредителем, директором или распорядителем которых является сестра Всеволода Ковальчука Анна.

Но несмотря на масштабный букет нарушений, найденных и Госфининспекцией и ГПУ, подозрение Ковальчуку пока так и не было предъявлено. Что, возможно, связано с тем, что его считают близким к давнему бизнес-партнеру президента Украины Петра Порошенко Константину Григоришину, с которым Ковальчук подтвердил личное знакомство.

(продолжение следует)

Автор: Владислав Боровиков

Конфликт восьмилетней давности за право управлять деятельностью одного из ведущих украинских машиностроительных предприятий — харьковского “Турбоатома” — набирает новые обороты. Как сообщили Капиталу на самом предприятии, в настоящее время там проводит проверку документации Генеральная прокуратура.

По словам генерального директора “Турбоатома” Виктора Субботина, представители данного органа действуют в ответ на жалобы бывшего гендиректора предприятия Евгения Белинского, лояльного к миноритарному акционеру “Турбоатома”, владельцу компании “Энергетический стандарт” Константину Григоришину. “Представители Генпрокуратуры Украины изъяли и описывают более 10 тыс. страниц документов. Члены дирекции и должностные лица завода допрашиваются работниками правоохранительных органов”, — рассказал Субботин.

Он вспомнил, как по инициативе того же Белинского в 2007 г. на предприятие ворвались 30 человек, требуя от него написать заявление об уходе. Против организатора этой акции тогда было возбуждено уголовное дело, которое до сих пор не закрыто, отмечает Субботин. В этот раз никто не прибегает к столь агрессивным действиям, как в 2007 г., отмечает руководитель “Турбоатома”, но на предприятии не стали ждать усугубления ситуации и обратились за помощью к премьер-министру Арсению Яценюку. “От имени коллектива “Турбоатома” я передал Арсению Петровичу приглашение посетить завод, и мы получили заочное согласие. Готовимся к визиту премьер-министра”, — прокомментировал ситуацию Субботин.

Владелец “Энергетического стандарта” Константин Григоришин, по последним данным, владеет через опосредованные компании 15 % акций “Турбоатома”. В одном из своих интервью трехлетней давности он не скрывал интереса к приобретению “Турбоатома” и управлению предприятием. Тогда его претензии к нынешнему руководству завода сводились к тому, что он как миноритарный акционер не получает полагающейся ему прибыли.

“Я вправе претендовать на 15 % от того, что выводится с завода Субботиным. Дивиденды он мне не выплачивает. Опять-таки, кроме дивидендов, есть прибыль, которую он выводит через свои аффилированные структуры и которой с нами не делится. Это нарушение моих прав как акционера. То есть он у меня ворует деньги. Но самое главное — при нынешнем руководстве у предприятия нет стратегических перспектив”, — заявил бизнесмен “Украинской правде” в 2011 г., говоря о деятельности Субботина. В настоящее время связаться с олигархом не представляется возможным — сайт его компании не работает, пресс-секретарь уволился.

Харьковский производитель турбин может отлично интегрироваться в группу “Энергетический стандарт”, контролирующую ряд энергомашиностроительных активов в Украине (то же НПО им. Фрунзе и “Запорожтрансформатор”), считает старший аналитик компании “АРТ Капитал” Алексей Андрейченко. “Трудно найти более рентабельный объект машиностроения в Украине, чем “Турбоатом”. Для Константина Григоришина это предприятие — возможность расширить портфолио группы новой линейкой продуктов. Это представляется тем более легкой задачей для бизнесмена, что он имеет широкий круг потребителей в той же среде, что и заказчики “Турбоатома”, но иной продукции “Энергетического стандарта”, например трансформаторов”, — говорит эксперт.

Привлекает бизнесмена и более высокая рентабельность “Турбоатома” в сравнении с подобными российскими предприятиями. По данным самого предприятия, прибыльность завода в 2013 г. составляла 30 %. Российские “Силовые машины”, к примеру, продемонстрировали в прошлом году более низкий показатель чистой рентабельности — 19 %, говорит Андрейченко. Такого успеха харьковский турбостроитель добился благодаря меньшим затратам на рабочую силу и высоким капитальным инвестициям в обновление производственных мощностей, считает эксперт. Поэтому объект все еще остается интересным Григоришину и не только ему, считает эксперт.

В 2013 г. “Турбоатом” превзошел ожидания правительства по прибыли, заработав 584 млн грн (Кабмин рассчитывал получить от него 352 млн грн). Доход от реализации составил 1,924 млрд грн. В прошлом году предприятие снизило удельный вес экспорта продукции с 60 % до 49 %. У тогдашнего правительства были планы задействовать актив для модернизации отечественных энергетических объектов в течение ближайших 20‑25 лет.

В 2013 г. “Турбоатом” реализовал 5 паровых турбин Трипольской ТЭС, Криворожской ТЭС, Старобешевской ТЭС, Добротворской ТЭС (Украина), а также Экибастузской ГРЭС-1 (Казахстан). 6 гидравлических турбин, произведенных в прошлом году, предназначались Днестровской ГАЭС № 2, Каховской ГЭС № 6, Киевской ГЭС № 18 (Украина), а также Зеленчукской ГЭС-ГАЭС № 1, Камской ГЭС № 16 и Гоцатлинской ГЭС № 2 (Россия). Продукцией “Турбоатома” в Украине оснащено 40 % тепловых, 85 % атомных и 95 % гидроэлектростанций.

Монако, август, жара. Экс‑владелец телеканала “Интер” и бывший первый вице‑премьер‑министр Украины Валерий Хорошковский отдыхает здесь вместе с семьей. Отдых у него странный. С 12:00 и до позднего вечера он проводит одну деловую встречу за другой- пишет Forbes.

До интервью Хорошковский принимал московских инвестбанкиров. Бизнесмен — магнит для финансовых посредников, после завершения сделки по продаже Inter Media Group на его счетах окажется свыше $1,5 млрд. “Больше предложений не от инвестбанкиров, а напрямую от собственников бизнесов”, — смеясь, отвечает Хорошковский на вопрос, не докучают ли ему посредники.

Бизнесмен спешно покинул Украину за два дня до нового 2013 года. С тех пор большую часть времени он живет в Лондоне, где учатся трое его детей. В Киеве политика и бизнесмена больше ничего не держит. Звездная политическая карьера — за четыре года Хорошковский прошел путь от главы таможенной службы до первого вице‑премьера — резко оборвалась. И пока Виктор Янукович президент Украины, шансы Хорошковского вернуться в большую политику невелики. С бизнесом на родине тоже пришлось расстаться: основной актив — телеканал “Интер” он продал другу Дмитрию Фирташу.

За последние 15 лет Хорошковский так часто уходил из бизнеса в политику и возвращался обратно, что уже и сам не знает, что для него важнее. “Я профессиональный управленец, а чем управлять — заводом или министерством, мне все равно”, — рассуждает он.

44‑летний Хорошковский не первый раз оказывается в эмиграции. В похожей ситуации он был в 2004‑м: ушел со скандалом из политики, продал основной бизнес и уехал в Россию. Через два года вернулся победителем: бизнесмену принадлежал крупнейший телеканал страны, и он смог найти дорогу к вершинам власти. Семнадцать лет назад Хорошковский признался своим соратникам: “Если я уеду из страны, значит, моему разочарованию нет предела”. Ниже история дважды разочаровавшегося миллиардера.

Хорошковский вырос в Киеве в интеллигентной семье — мать профессор, доктор педагогических наук, отец инженер‑строитель. Желание учиться на философском факультете привело его в армию. “В университет брали только тех, у кого был трудовой стаж или кто служил в армии, — вспоминает Хорошковский. — Когда вернулся в 1989 году, это уже была другая страна, в которой юристы нужны были больше, чем философы”. Отучившись год на юрфаке Киевского университета имени Тараса Шевченко, начинающий юрист стал больше времени уделять зарабатыванию денег, чем учебе. Первым бизнесом была типография, затем производство термопластавтоматов, которые делали мыльницы и другую мелочь. “Но первые серьезные деньги заработал на торговле автомобилями”, — делится предприниматель. Впрочем, торговля не совсем подходящее слово — в 1991 году это была многоступенчатая бартерная схема, на входе которой была металлопродукция Днепровского металлургического завода имени Дзержинского, а на выходе — автомобили ГАЗ и ВАЗ. Машины были единственным способом “добраться до кэша”, объясняет бизнесмен.

Вот как описывает свой “первый миллион” Вадим Гуржос, один из первых партнеров Хорошковского. “Ко мне пришел Валера и предложил схему, в которой я должен договориться с заводами о продаже металла, а он — с банками о кредитах, — рассказывает Гуржос, который в 1992 году руководил украинским офисом швейцарско‑итальянского металлотрейдера “Ситко”. — Металл продаем в Юго‑Восточную Азию, прибыль делим пополам”. Ответ “подумаю” не устроил Хорошковского, тот хотел знать, “работаем или нет”, сразу же. Через четверть часа Гуржос и Хорошковский ехали на днепродзержинский метзавод. “Валера был целеустремленным парнем, не разменивающимся на эмоции и пустые разговоры”, — вспоминает Гуржос. По его словам, они на этой сделке заработали по несколько миллионов долларов.

Партнерство с Гуржосом имело продолжение. В 1997 году он предложил Хорошковскому приватизировать киевский молокозавод “Галактон”. Предприятие переживало не лучшие времена — работало дважды в неделю. “Я подсчитал — не сможем наладить производство, отобьем вложенные $3 млн, порезав завод на металлолом”, — рассказывает Гуржос. Хорошковский согласился не раздумывая. Быстро думать и действовать — его особенность. “Принимает решение быстро. Если неправильное — перечеркнул, и поехали дальше, — характеризует Хорошковского его товарищ, основатель Дельта Банка Николай Лагун. — Он черно‑белый, не признает компромиссов”.

Еще один бизнес Хорошковского — компания MERX. Сначала она торговала компьютерами, позже занималась их сборкой, а в середине 1990‑х переключилась на производство мебели. Равноправным партнером в MERX был Вадим Григорьев, который занимался операционным руководством.

В 1995 году у 26‑летнего Хорошковского были дела поважнее, чем мебельный бизнес: он впервые попробовал попасть в большую политику — участвовал в довыборах в Верховную Раду. Жители Ирпеня, где он баллотировался, отдали предпочтение владельцу Брокбизнесбанка Сергею Буряку. “Я был полностью не готов с точки зрения ресурсов, команды, понимания технологии”, — признает Хорошковский. К выборам 1998‑го он подошел уже во всеоружии.

“Крошка сын к отцу пришел, и спросила кроха: “Хорошковский хорошо! А другие плохо?” “Хорошковский хорошо! Выбор однозначен, Хорошковский хорошо, и никак иначе” — эту рекламу до сих пор помнят многие жители Красноперекопска, где выдвигался бизнесмен. “Кампанию разрабатывали и вели дорогие российские политтехнологи Ефим Островский и Петр Щедровицкий”, — вспоминает партнер группы компаний “РОСТ” Алена Сибирякова, которая участвовала в этой предвыборной кампании. Предприниматель не скупился на рекламу и не ленился ездить “в поля” — общаться с избирателями. Даже сыграл на гитаре и спел с хором бабушек на 9 Мая. Избиратели такие старания оценили — Хорошковский уверенно победил.

“Законодательная база была слабо пригодна для развития бизнеса в стране. Такое положение вещей подрывало меня прийти и исправить ситуацию”, — объясняет Хорошковский, что привело его в парламент. Но за четыре года своего депутатства он зарегистрировал только один законопроект, да с десяток проектов постановлений, касаю­щихся бюджета. Активной законодательной работе мог помешать бизнес: как раз в это время Хорошковский боролся за актив, который вывел его в высшую лигу бизнеса.

Талант Хорошковского, который отмечают все собеседники, — умение дружить со взрослыми успешными людьми. В начале 1990‑х он сдружился с нардепом и руководителем Керченского метзавода Яковом Аптером. Незадолго до смерти в 1993‑м Аптер познакомил Хорошковского с российским бизнесменом Александром Абрамовым. Сейчас Абрамов совладелец одной из крупнейших в СНГ металлургических компаний “ЕвразХолдинг”, в 2013 году российский Forbes оценил его состояние в $4,3 млрд. “Когда познакомились, было неясно, у кого из нас больше денег”, — шутит Хорошковский. Знакомство переросло в дружбу, дружба в партнерство. “Саша много и долго рассказывал, что в России через банки скупаются индустриальные компании и так можно будет делать и в Украине. Надо ловить момент”, — вспоминает Хорошковский. В 1997 году партнеры нацелились на шестой банк страны — Укрсоцбанк, в котором обслуживалось 219 000 предприятий.

Компании MERX со стороны Хорошковского и “Ферротрейд” от Абрамова начали скупать акции банка. Контрольный пакет удалось заполучить только к началу 2000‑го, по словам Хорошковского, они потратили на скупку около $15—20 млн. Правопреемник украинской республиканской конторы “Жилсоцбанка” достался партнерам в неважном состоянии. Это было по‑прежнему очень советское финучреждение с уровнем проблемной задолженности под 40%. “В банке не было понимания потребностей клиента, была советская ментальность и культура персонала, устаревшая технологическая система, — перечисляет Лагун, который проработал в Укрсоце с 1998 по 2005 год. — Пожалуй, проще было построить банк в чистом поле, чем перезапустить Укрсоцбанк”.

“Банком я занимался лично, предметно и много, — констатирует Хорошковский. — Единственный бизнес, который для меня представлял огромный интерес”. Ему удалось реформировать банк: за четыре года активы финучреждения выросли в три раза, но создать на его базе мощную финансово‑индустриальную группу, как хотел Абрамов, не получилось. “Мы дешево покупали энергетические, коксохимические, угольные активы и перепродавали их с определенной прибылью, — описывает Хорошковский. — Не везде были успешными, но общий итог этой деятельности позитивный”. По его словам, в 2001 году он выкупил долю Абрамова, которому финансовый сектор стал неинтересен. Абрамов не нашел времени для общения.

Один из соратников и друзей Хорошковского юрист Владимир Рыжий рассказывает, что бизнесмену дважды приходилось продавать бизнесы против своей воли. Вторым был “Интер”, первым — Укрсоцбанк. В 2004 году его владельцем стал основатель корпорации “Интерпайп” Виктор Пинчук. Не обошлось без политики.

В 2002 году Хорошковский хотел провести в парламент собственный политический блок — “Команду озимого поколения”. В рекламную кампанию были вложены миллионы долларов. Результат — 2,02%. “Половину денег на предвыборную кампанию собрали с нескольких участников списка, вторую часть дал Хорошковский, поговаривают, что был еще один инвестор”, — отмечает Гуржос. Тайным спонсором считается Пинчук.

После провала “озимых” Пинчук получил контроль над частью акций Укрсоца, рассказывает бизнесмен из первой десятки Forbes. В 2004 году Пинчуку с Хорошковским стало тесно в одном банке. Кто останется, решали с помощью так называемой русской рулетки. “Один из партнеров должен предложить другому продать долю последнего, исходя из некоторой оценки компании, названной первым партнером, — описывает этот метод доктор экономических наук Сергей Гуриев. — Если же второй партнер откажется, то он в свою очередь обязан выкупить долю первого — исходя именно из этой оценки”. Хорошковский вытащил бумажку, на которой Пинчук написал $250 млн. “Я не собирался продавать банк, но сумма меня устроила”, — констатирует продавец. “Считалось, что я купил банк по очень высокой цене. Все крутили пальцем у виска”, — говорит Пинчук. Спустя три года после этой сделки он продал банк итальянской UniCredit за $2,2 млрд.

После провала на выборах 2002‑го Хорошковский сумел оказаться в политике. Новоназначенный премьер‑министр Виктор Янукович предложил ему возглавить министерство экономики. Спустя 13 месяцев Хорошковский публично заявил, что уходит из Кабмина, так как первый вице‑премьер Николай Азаров блокировал работу его ведомства. “После 2004 года в политику я возвращаться не собирался, — отмечает Хорошковский. — Продал почти все свои активы в Украине и уехал в Москву”. Абрамов предложил ему поработать вице‑президентом “Евраза”.

Спустя два года Хорошковский триумфально вернулся на родину. Его назначили первым заместителем секретаря Совета национальной безопасности и обороны, а затем главой таможенной службы, но главное — ему принадлежал крупнейший телеканал страны “Интер”. “Валерий Иванович купил билет в большую игру”, — замечает Лагун. Вот версия Хорошковского, как ему достался этот “билет”.

В начале 2005 года основной владелец “Интера” Игорь Плужников предложил российскому бизнесмену Константину Григоришину приобрести канал. Тому актив был неинтересен, и он переадресовал предложение Абрамову. “Из‑за того, что это украинский актив, заниматься вопросом поручили мне”, — рассказывает Хорошковский. По его словам, он провел пару встреч с Плужниковым, разобрался в хитросплетениях прав собственности на “Интер” и его финансовых показателях. Оказалось, что у “Интера” очень запутанная юридическая структура, а прибыль не превышает $10 млн в год. “Когда я все это рассказал Саше Абрамову, он решил что ему это неинтересно, — говорит Хорошковский. — И не стал возражать, чтобы “Интер” купил я”. За 61% “Интера” и небольшие нишевые каналы “Энтер” и “Энтер+” бизнесмен заплатил $250 млн. Треть этих средств он одолжил у Абрамова.

Был ли Хорошковский реальным покупателем? В марте 2009‑го “Украинская правда” опубликовала на сайте соглашение о купле‑продаже, подписанное 19 апреля 2005 года. В нем покупателем значился Григоришин. “Он вел первоначальные переговоры, помогал нам, принимал участие как консультант”, — уверяет генеральный директор K.H. Management Limited Ярослав Порохняк. Григоришин на запрос не ответил.

Медиаактивом Хорошковский управлял далеко не так эффективно, как банком или металлургическим холдингом. За семь лет, пока Хорошковский владел “Интером”, доля смотрения канала упала с 26,7 до 14,5% (данные Zenith Optimedia; аудитория — зрители от 18 лет, живущие в больших городах), а из прибыльного бизнеса он превратился в актив, требующий более $50 млн ежегодных дотаций. “Я долго не понимал этот бизнес, смотрел на продукты канала категориями “нравится — не нравится”, пытался внедрить какие‑то стандартизированные подходы, — признает он. — Отчасти из‑за этого “Интер” терял долю рынка”. По мнению Хорошковского, главной ошибкой были кадровые решения. Через несколько месяцев после сделки у нового собственника состоялся важный разговор с председателем правления “Интера” Владом Ряшиным, при котором канал был бесспорным лидером телерынка. “Влад хотел, чтобы я на три года отдал ему канал в полное управление, — рассказывает Хорошковский. — Он обещал, что за это время “Интер” заработает $300 млн”. Новый совладелец канала отказался от этого предложения. “Я его плохо знал, к тому же в случае невыполнения обязательств с Ряшина было нечего взять”, — поясняет бизнесмен. Пришедшие вместо Ряшина топ‑менеджеры — совладелец крупнейшего рекламного холдинга Украины Atlantic Group Сергей Старицкий и российский продюсер Леонид Мазор — попытались омолодить аудиторию канала. Эксперимент обернулся потерей пятой части всех зрителей за один год.

В начале 2007‑го руководить каналом стали Сергей Созановский и Анна Безлюдная. Новые менеджеры замедлили отток аудитории. Созановский убедил Хорошковского, что надо создавать медиа­группу с разноплановыми каналами. “Безлюдная познакомила меня с Фирташем, у которого были каналы К1,К2 и “Мегаспорт”, — рассказывает Хорошковский. Основатель Group DF согласился продать их при условии, что получит опцион на покупку 50% всей группы “Интер”. Партнеры ударили по рукам. Продавец получил за свои каналы около $20 млн и трехлетний опцион. В нем прописали: половину группы Фирташ может выкупить по цене $600—700 млн.

Рейтинги “Интера” падали, а политическая карьера Хорошковского шла по восходящей. В 2010‑м он возглавил Службу безопасности Украины, спустя два года стал министром финансов и первым вице‑премьером. Помогали ли командировки в политику бизнесу Хорошковского? Предприниматель и его бывшие партнеры в один голос уверяют, что только мешали. “В прошлом году политика особенно вредила его бизнесу, — отмечает Гуржос. — Он видел, что долго в этой системе не сможет удержаться, ее правила шли вразрез с его принципами и моральным внутренним кодексом”.

С “оранжевыми” все тоже было не гладко. В 2009 году Хорошковский стал чуть ли не главным врагом премьер‑­министра Юлии Тимошенко. Она пустила в ход широкий ассортимент средств: от публичных оскорблений до создания парламентской следственной комиссии, которая должна была расследовать обстоятельства смерти Плужникова (он умер в середине 2005 года) и законность смены владельца “Интера”. Хорошковский натиск премьера выдержал.

Впрочем, у Тимошенко была веская причина мстить Хорошковскому. Будучи главой таможенной службы, он отказался растаможить 11 млрд кубометров газа, принадлежащих компании Фирташа RosUkrEnergo, в пользу государственной НАК “Нафтогаз Украины”. Принципиальная позиция Хорошковского сберегла Фирташу около $3 млрд.

Бросает тень на репутацию Хорошковского и скандал из‑за преследования Руслана Кухаренко, начальника Главного управления охраны культурного наследия Киева. Он отказывался давать разрешение на снос флигеля Казанского на Почтовой площади, на месте которого компания, связанная с Хорошковским, хотела построить 12‑этажное здание. После чего СБУ обвинила Кухаренко в растрате 640 000 гривен и поместила в СИЗО. Чиновник заявлял, что за его злоключениями стоит Хорошковский. В 2010‑м флигель снесли. На его месте строится высотка, Кухаренко на свободе.

29 декабря 2012 года на “Интере” отмечали наступающий Новый год. Праздновали без владельца: в этот день он вместе с семьей покинул Украину. 1 февраля стало известно, что Inter Media Group, которой принадлежал 61% “Интера” и еще семь небольших каналов, продана Фирташу и Сергею Левочкину. Что заставило Хорошковского бежать из страны и спешно продавать медиа­группу? За время пятичасового интервью он так и не ответил на этот вопрос.

Фото Mila Teshaeva

Почти все бизнесмены и политики, с которыми журналист общался во время написания этой статьи, считают, что Хорошковский стал жертвой собственных амбиций. “Для Валеры важно иметь возможность сидеть за одним столом с первыми лицами страны, а еще лучше быть первым лицом”, — утверждает бизнесмен, хорошо знающий Хорошковского.

В начале 2012 года его назначили на должность первого вице‑премьера. За красивым названием скрывалось почти полное отсутствие полномочий. “Кому это понравится?! Должность для меня — это способность что‑то делать. Обозначьте мне задачу, дайте возможность и время для ее реализации, — возмущается Хорошковский. — В этом случае была поставлена задача, но не дали никаких инструментов”.

Чем больше росло недовольство Хорошковского, тем сильнее менялась тональность новостей “Интера”. “Ближе к октябрьским выборам в Раду “Интер” начал показывать украинскую действительность максимально сбалансированно, — отмечает президент негосударственной Академии украинской прессы Валерий Иванов. — На фоне недавнего восхваления власти это выглядело как жесткая критика, баланс точек зрения на канале изменился с 17% в сентябре до 32% в октябре”. Хорошковский уверяет, что никогда не использовал “Интер” как политическое оружие. “Его интересовало соблюдение всех правил сбалансированности появления политиков в новостях без предоставления предпочтений кому-либо из них”, — вспоминает Лариса Горская, бывший руководитель компании “Национальные информационные системы”, которая производит новости для “Интера”. Она признает, что часто получала звонки от политиков, но Хорошковский никогда не влиял на информационную политику. Каким образом тональность новостей “Интера” за год поменялась от поддержки действий власти до жесткой критики экономической и социальной политики кабинета Азарова? “На канале всегда понимали, какие новости выгодны собственнику, а какие нет”, — признается Хорошковский. Он утверждает, что стимулом выровнять новостную картину “Интера” стали замечания европейских дипломатов, с которыми он много общался по работе в правительстве.

После парламентских выборов осенью 2012 года тлеющий конфликт Хорошковского с Азаровым, который остался премьером, вылился в открытую конфронтацию. Владелец “Интера” публично заявил, что уходит с должности первого вице‑премьера, так как считает Азарова некомпетентным и неспособным проводить экономические реформы. В это же время у “Интера” появился общественный совет, призванный следить за соблюдением журналистских стандартов. Стартовало ток‑шоу “Справедливость” с Анной Безулик. По словам главы общественного совета “Интера” Виктории Сюмар, это было единственное политическое шоу в стране, которое не модерировалось Банковой.

Вероятно, неконтролируемый главный канал Украины — совсем не то, о чем мечтает президент Янукович и его окружение. Хорошковский признается, что в конце года у него состоялся разговор тет‑а‑тет с Януковичем. О чем и как они поговорили, не раскрывает. Но спустя пару дней Хорошковский вывез семью в Лондон и за несколько недель продал основной актив Inter Media Group Фирташу. Сумму сделки стороны не разглашают, ограничиваясь формулировкой, что цена рассчитывалась, “исходя из оценочной стоимости группы в $2,5 млрд”. Очень дорого! “Сделка была не рыночной, — признает Хорошковский. — Был эксклюзивный актив, эксклюзивный покупатель”. Сколько бизнесмен должен получить за 61% акций “Интера” и остальные активы группы, он не сообщает. Но не отрицает, что более $1,5 млрд.

Только эксклюзивностью высокую премию к рыночной цене объяснить трудно, хотя на “Интер” всегда было много покупателей. Еще в 2005 году к юристам Хорошковского обратились представители австралийско‑американского медиамагната Руперта Мердока, предложив за канал около $1 млрд. Позже среди потенциальных покупателей фигурировала Тимошенко.

Два участника медиарынка, не связанные друг с другом, рассказали Forbes, что заоблачная цифра в 2,5 млрд появилась в 2008 году. Тогда Хорошковский получил предложение от Романа Абрамовича продать всю группу за 2,5 млрд, правда, сумма была в евро. Фирташ отговорил Хорошковского от этой сделки, взяв на себя обязательство выкупить группу в будущем, исходя из этой оценки. Для Фирташа было критически важно сохранить влияние на “первую кнопку” в преддверии президентских выборов 2010‑го.

В конце 2012 года время “Ч” настало — Хорошковский предложил партнеру купить группу. Единственная скидка, которую удалось добиться Фирташу, — евро перевели в доллары. Сам Хорошковский уверяет, что среди претендентов на канал никогда не было Абрамовича. Но не отрицает, что цифра в 2,5 млрд фигурировала в переговорах о продаже в 2010-м.

Фото Mila Teshaeva

Хорошковский в Монако совсем не похож на политического беженца. Голливудская улыбка не сходит с его лица, даже когда об этом просит фотограф во время фотосессии. На вопрос, как он чувствует себя в роли миллиардера, отшучивается, что миллиард долларов у него был еще до продажи “Интера”. “Вы не знаете ¾ моих активов, и, понятное дело, я вам о них не расскажу”, — смеется бизнесмен. В течение интервью он несколько раз повторил, что деньги для него давно не самоцель, а всего лишь средство для созидания. “Денег должно быть столько, чтобы о них не думать”, — замечает бизнесмен.

Люди из окружения Хорошковского признают, что он действительно не думает о деньгах, даже об очень больших. Вот пример: среди украинских бизнесменов сейчас популярна шутка, что Хорошковский станет крупнейшим акционером банков Кипра, так как там у него застряло более $100 млн, которые он получил от продажи “Интера”. “Нам не хватило трех дней, чтобы не попасть в ситуацию на Кипре”, — разводит руками Хорошковский. “Эта проблема намного больше волнует меня, чем Валерия Ивановича”, — уверяет Порохняк, который сейчас управляет активами бизнесмена.

Куда больше денег Хорошковского беспокоит вопрос “что дальше?”. “Сейчас я не понимаю перспективы на ближайшие 5—10 лет, — признается он. — А я не люблю ситуацию неопределенности. Для меня лучше любой результат, чем ожидания и сомнения”.

До 2015 года в украинской политике он себя не видит. Самое время возвращаться в бизнес. Сейчас Хорошковский ищет, во что инвестировать. Сферы, сделавшие его миллиардером, — банки и медиа, уже неинтересны. “Мне ближе какие‑то индустриальные вещи, возможно, альтернативная энергетика”, — отмечает бизнесмен. Главный критерий — недооцененность актива. “Мнение, что в Европе деньги заработать сложнее, чем в Украине или России, ошибочно, — говорит Хорошковский. — Если подсчитать коррупционный налог, то норма прибыли в цивилизованных странах может быть даже выше”. Значит ли это, что бизнесмен не собирается возвращаться на родину? “Я из Украины не уезжал. Это длинный семейный отпуск”, — уверяет Хорошковский.

Путь к миллиарду

Достижения Хорошковского в политике и бизнесе

1996 Начало большого бизнеса

Владелец половины компании Merx. Партнер по мебельному бизнесу — Вадим Григорьев, который занимался операционным управлением.

Собственник металлотрейдера “Бови”.

Вошел в состав Народно-демократической партии.

1997 Укрсоцбанк, “Галактон”, НДП

Вместе с совладельцем “Группы ЕАМ” (с 2004‑го — “Евраз Групп”) Александром Абрамовым начинает скупать акции Укрсоцбанка.

Украинский бизнесмен Вадим Гуржос предложил поучаствовать в приватизации молочной компании “Галактон”. Хорошковский согласился.

Стал сначала помощником, а потом советником премьер-министра Украины Валерия Пустовойтенко.

1998 Прошел в парламент

Стал народным депутатом, победив на выборах в Верховную Раду по Красноперекопскому избирательному округу №9.

Стал членом фракции Народно‑демократической партии Валерия Пустовойтенко.

Назначен секретарем Комитета по бюджетным вопросам.

2002 Опять провал на выборах

Продал “Галактон” российской компании “Юнимилк”.

Создал и возглавил политический проект “Команда озимого поколения”.

Проиграл на парламентских выборах, набрав всего 2,02% голосов.

Стал министром экономики.

2004 Чемодан, вокзал, Москва

Продал свою долю в MERX Григорьеву.

Продал 93% акций Укрсоцбанка Виктору Пинчуку за $250 млн.

Стал владельцем около 2% акций “Евраз Групп”.

Уехал жить в Москву.

2005 Телепроект

Купил 61% телеканала “Интер” у Игоря Плужникова за $250 млн.

2006 Опять в политике

Возвратился в украинскую политику, назначен первым заместителем секретаря СНБО.

2007 Сила телевидения

У Дмитрия Фирташа купил каналы К1, К2 и “Мегаспорт” за $20 млн.

Купил у Эдуарда Прутника телеканал НТН за $200 млн.

Назначен председателем Государственной таможенной службы Украины.

2010 Контрразведчик

Назначен председателем СБУ.

2012 Бремя правителя

Министр финансов Украины.

Первый вице‑премьер‑министр Украины.

Вышел из состава правительства из‑за конфликта с премьером Николаем Азаровым.

2013 Конец фильма

Продал медиагруппу “Интер” Дмитрию Фирташу и Сергею Левочкину, исходя из оценки, что вся группа стоит $2,5 млрд.